Рассвет твоей нежности

Мотаю головой. — Пойми, так будет лучше. Я должен обеспечить вам полную защиту.

— Найми пару охранников, которые будут провожать нас до детского сада и обратно, — на ходу придумываю я.

— Таня, это не выход. Ты сама прекрасно это осознаешь.

— Я не хочу менять привычный уклад жизни. У Максима в садике друзья, у меня работа…

— А я должен вас защитить, — перебил меня он.

- Я не готова прямо сейчас встать и сорваться неизвестно куда, — выдаю на эмоциях. Черногорова задевают и слова и тон, но он продолжает меня убеждать.

— Ладно, давай сделаем вот как. Соберу пресс конференцию и сделаю заявление. Вы пока переедете к моей маме. Дом большой, места всем хватит. Охрана будет возить тебе на работу, Максима в садик, а там посмотрим.

— А где будешь жить ты?

Андрей пристально смотрит на меня, словно считывает с лица информацию. Уголки губ почти незаметно приподнимаются. Он понял, что от его ответа будет зависеть мое согласие.

— Пока у себя. Займусь компанией и ремонтом. Буду приезжать в гости, проводить время с сыном… — мы оба поняли, что он не договорил предложение. И где-то в уголочке души страх стал сменяться другим чувством — надеждой.

Глава 23

Андрей"

"Время приближалось к обеду, до конца рабочего дня еще несколько часов, а я уже думал о том, что заберу Макса из детского сада и зависну допоздна у матери. Последние две недели я практически перебрался к ней, домой ездил только ночевать.

Тане наплел, что журналисты за нами следят, не стоит им давать повод для лишнего шума. Сейчас каждый, кто научился в школе писать, пачкает в интернете имена публичных людей, бизнесменов, политков. На самом деле, Ирбег и его люди позаботились о том, что к моей семье никто не может близко подойти.

Мама меня каждый вечер уговаривала остаться на ночь в отчем доме, места благо там всем хватает, но я уезжал домой. Родительница все замечала и пыталась помочь нам сблизиться. Нужно сказать спасибо и Светлане Максимовне. Моя бывшая классная руководительница никак этому не препятствовала. Упиралась только Таня. Я не давил, но старался ненавязчиво за ней ухаживать, но Тане старалась не оставаться со мной наедине. За две недели мне не удалось ни разу ее даже поцеловать.

Столько времени без секса… И ведь не хотел других. Она, как наваждение! Снять напряжения утром под душем, стало каким-то ритуалом! Только никакого удовлетворения это действо не приносило, и я все больше зверел. Останься я в родительском доме на ночь, точно бы оказался у нее в постели. Где лежат запасные ключи от комнат, я прекрасно знал. А там… Хрен бы меня кто остановил! Мое терпение давно испарилось! И ведь каждый раз заставлял себя садиться за руль и сваливать оттуда, чтобы все не испортить.

Таня расслабилась и перестала видеть во мне угрозу.