Последний рассвет

– Не знаете, для кого Курмышов делал это ожерелье? Чей это был заказ?

– Он не говорил, – покачал головой Глинкин. – А что, вы думаете, его из-за ожерелья… ну, того?..

– Да нет, – усмехнулся один из оперативников, тот, что постарше. – Вряд ли из-за него. Мы же обыск в квартире Курмышова провели, сейф вскрыли, и это колье там лежало, точь-в-точь такое, как вы описывали. Только какое-то оно уж очень большое и блескучее. Неужели сейчас такие носят?

– Так я же вам объясняю: это модель такая, она потому и называется ожерелье-нагрудник! Изделие должно закрывать грудь до линии декольте, – начал кипятиться Глинкин.

Вот ходят тут всякие, которые в ювелирном деле ничего не понимают!

– Были ли у вашего шефа враги? Может быть, конкуренты?"

"Господи, ну почему нельзя было прислать кого-нибудь поумнее, какого-нибудь другого полицейского, который хотя бы понимал, о чем спрашивает! Нервы Глинкина вибрировали на том пределе, за которым в опасной близости находился истерический припадок. С огромным трудом ему удалось совладать с собой и не завизжать. Нельзя ссориться с полицией, с полицией надо дружить, так, во всяком случае, учили его дед и отец, которые сами всю жизнь занимались огранкой камней и ювелирным делом. Надо улыбаться и быть приятным.

– Да ну что вы, какие враги могут быть у ювелиров? Это при советской власти профессия ювелира была стрёмной, потому что либо ты работаешь за гроши только в доме быта на ремонтных копеечных работах, либо выполняешь еще и частные заказы, и тогда уж постоянно ходишь по лезвию. Для работы в домах быта все материалы и реактивы покупали официально в специализированных магазинах-базах, централизованно через госструктуры. Ну и в ломбардах брали, такое право у ювелиров было. А вот для частных заказов золото и камни брали либо у заказчика, либо покупали у приехавших с приисков, у воров, в общем, на черном рынке. Ювелир имел право покупать лом в ломбарде как работник службы быта якобы для работы в доме быта, на самом деле он немножко использовал на работе, а основную массу гнал для частных заказов. Все всё знали, но у всех была легенда: драгметаллы и камни заказчик принес, наследство получил. Опасное было время, – Глинкин вздохнул. – Ювелиры с криминалом бок о бок ходили, и крови тогда много вокруг золота и камней проливалось. А сейчас-то что? Сейчас все легально. Наши главные враги – это те, кто заваливает рынок левым некачественным товаром из разных стран, особенно есть такие страны, в которых не гнушаются подделывать известные бренды и продавать как настоящие по ценам ниже настоящих, но выше истинных. Вот они для нас враги. А мы для них – так, мелочь пузатая, они с их размахом нас даже не замечают. Ювелирное дело – одно из самых безопасных в этом смысле: ни врагов, ни конкурентов.