Распутье

В клубе потихоньку собирался народ, жаждущий повеселиться этой ночью. Сидя на мягком диване в гордом одиночестве и рассматривая резное стекло стакана, в котором бултыхались остатки виски, я заметил счастливую Ингу, промелькнувшую возле барной стойки. И тут меня осенило, вдруг она имеет отношение к таинственному поведению Яны? Мало ли чего она могла ей наговорить. Я быстро встал с дивана и, стараясь держать себя в руках, подошел к Инге. Увидев меня, пробирающегося сквозь толпу, она помахала и на ее лице растянулась довольная улыбка.

— Егор, приветик! — прощебетала она и только хотела поцеловать меня в губы, но я вовремя отклонился назад.

— Привет, — я строго посмотрел на нее, пытаясь понять причину ее радостного вида, — надо поговорить.

— О чем? — она недовольно цокнула и скрестила руки на груди.

— Ты общалась с Яной? — спросил я и взял ее за предплечье, чтобы она не ушла.

— Нахрен мне сдалась твоя Яна, — злобно процедила она сквозь зубы, и в ее глазах вспыхнул огонь дикой ненависти.

— Инга, — жестким тоном произнес я, пытаясь вразумить эту девчонку, — признавайся, ты ей что-то рассказала о нас?

— Нас? — удивленно переспросила она. — Ты же мне сам говорил, что нет никаких нас!

— Не уходи от темы, — я начинал уже злиться.

— Нет! — громко крикнула она, и все вокруг сразу же обратили на нас внимание. — Ничего я ей не говорила!

Я посмотрел в глаза Инге и понял, что она не врала. Слишком хорошо я ее знал, чтобы уличить во лжи, особенно в эмоциональные моменты.

Опустив руки, я только хотел развернуться, чтобы уйти, но почувствовал, как она вцепилась в мое тело, сильно впиваясь в кожу тонкими пальцами.

— Распутин, — прошептала она прямо мне в лицо, — ты вообще уже перешел все границы! Как тебе хватает наглости меня в чем-то подозревать? Ты же знаешь, я тебя очень люблю и никогда не обижу! А ты заявляешься сюда, так еще и расспрашиваешь у меня про свою шлюху, — она ткнула пальцем в мою грудь.

— Знаешь, что! Мне кажется, ты заигрался! — она сверкнула своими черными зрачками, отпустила меня и, показательно развернувшись, слилась в танцующей толпе.

— Вот блять, — выругался я и вернулся к столику, где меня ждал наполненный стакан охлажденной янтарной жидкости и все тот же тупик.

Наконец-то мы вернулись в Москву. В гостях, конечно же, хорошо, но дома лучше. Пока мы ехали в такси от аэропорта до квартиры, всю дорогу Катя пытала меня расспросами: где Егор? Почему он нас не встретил? Когда мы его увидим? А мне приходилось увиливать от этих сложных вопросов, чтобы меньше ей врать.

У меня было достаточно времени, чтобы все обдумать. Я видела все, его настойчивые звонки, его сочинения в виде сообщений и ласковые слова, которые проникали вглубь души и согревали отмерзающие клеточки.