Распутье

— Привет! — раздался бодрый голос Яны, отчего я резко сел в кровати и тут же открыл глаза.

— Привет, — освобождаясь ото сна, тихо произнес я.

Ее звонок был неожиданным. Я не думал, что она так быстро оправится и захочет говорить со мной. Но ее ангельский голосок быстро распространился по моему дремлющему сознанию, доставляя тепло в самые захудалые участки.

— Я тебя разбудила? — с нотками сожаления спросила она и я почувствовал, как она смутилась.

— Нет, — я старался сделать энергичный голос и бесшумно продирал гортань, — я уже давно проснулся.

— Хорошо, — послышался легкий смешок, — а я еду забирать Катюшку из больницы! Мне врач утром позвонил!

— Здорово! — радостно сказал я и встал с кровати. — Если хочешь, я приеду за вами!

В трубке зародилась тишина и я сначала подумал, что нас разъединили, но, посмотрев на экран телефона, я убедился, что наш разговор не был прерван.

— Егор, я очень этого хочу, — призналась Яна тихим голосом, будто нас подслушивали, — но мне нужно поговорить с сестрой, все ей объяснить, я боюсь, что приступ может повториться.

Яна, как всегда, была очень тактична. Ее воспитание не позволяло сказать: «Егор, Катя тебя ненавидит и, прежде чем ты снова появишься у нас и навредишь нам, ей надо все по-взрослому объяснить!».

— Я тебя понял, сладкая, — по привычке вырвалось у меня ласковое обращение.

— До связи, — нежно пролепетала Яна, и после этого разговора я был уверен, что наши отношения стали налаживаться.

Разъединив звонок, я со счастливым лицом направился в душ. Правда слова Яны отрезвляли получше ледяной воды, которая быстрыми струйками стекала по моему разгоряченному телу.

Окончательно проснувшись и как следует взбодрившись, я вышел из ванной в белом махровом халате, прошел на кухню, по привычке загрузил капсулу в кофемашину, дождался, когда «электронная рабыня» сварит мне кофе и с кружкой ароматного напитка направился на террасу.

Погода радовала. На улице уже во всю светило солнце, и я, подняв голову вверх, с радостным настроением впитывал витамин Д всеми оголенными клеточками своей кожи.

Щурясь от ярких лучей и сделав обжигающий глоток черного кофе, я достал из пачки сигарету и прикурил.

Вот так, раскинувшись в плетеном кресле, я наполнял легкие едким дымом, а желудок крепким напитком. Черт возьми, что может быть еще лучше? Пожалуй, в свой маленький уголок рая я с удовольствием пригласил бы Яну. Я посмотрел на пустующее соседнее кресло и тяжело вздохнул. Я хотел бы сидеть здесь с ней и болтать на разные темы, встречая очередной день.

Из приоткрытой двери послышался до боли знакомый звук. Та самая мелодия, оповещающая о входящем звонке от отца. Недовольно цокнув, я глубоко затянулся, выпустил из носа серые струйки дыма и затушил сигарету в пепельнице.