Расписной

Как у тебя с наркотиками? В смысле раньше?

– С наркотой?

Вольф уже оправился от шока и жалел о своей откровенности. Его действительно предупредили татуировки – тигр и рыцарь. И опасность он увидел действительно спиной – глазами рыцаря, через узкую прорезь забрала. Но говорить об этом ни с кем нельзя. Особенно в зоне.

– Было, дело прошлое… Баловался…

– Вот и объяснение! – обрадовался Фогель. – Это обычная галлюцинация на почве абстиненции. А выручила тебя интуиция. Да и меня заодно. Только что ты спас мне жизнь! Это, конечно, Коныхин, его компания…

– Вот сучье! – выругался Вольф. – Надо им разбор учинить!

– Надо бы. Только чтобы общество убедить, для этого факты нужны. А догадки…

К ним подошел озабоченный Эйно.

– Что тут у вас?

– Ничего, – ответил Фогель. Он взял себя в руки и казался совершенно спокойным. – Вон, гляди, мусор рассыпался…

Лицо эстонца тоже выглядело непроницаемым.

– Вольфа Климов вызывает. Сказали – на профилактическую беседу.

Фогель многозначительно улыбнулся. Расписной натянул рубаху.

* * *– Ты встрял в самую гущу событий, – майор потряс пачкой исписанных корявыми почерками бумаг. – Подготовка к побегу, драки, антисоветские высказывания…

– Насчет последнего – вранье, – меланхолично сказал Вольф, стараясь не смотреть на тарелку с бутербродами. Чай он жадно выпил – три чашки подряд, а бутерброды решил не есть. Сытость, запах колбасы, жир на коже, сало под ногтями

– все это улики, которые могут стоить жизни. Потапыч рассказывал, как плохо кончали агенты, забывшие об осторожности.

– Может, и перестарались ребятки, лишнего наболтали, – Климов ласково разгладил листки, словно гладил плешивые головы тех, кто поставлял ему информацию. – Это не страшно. Хуже, когда молчат. Или недоговаривают.

– А про то, кто нас сегодня убить хотел, скажут?

– Обязательно, – кивнул Климов. – Может, не сегодня и не завтра, но дунут непременно. Я знаю запах любой каши, которая варится в зоне.

– А они нюхают вашу кашу?

Климов напрягся, личина простоватости мгновенно исчезла.

– Почему возник вопрос?

Вольф помолчал.

– Да так. Кто дует в одну сторону, тот может дунуть и в другую.

– Это верно. Но каждый такой факт – моя серьезная недоработка.

Майор испытующе рассматривал Вольфа.

– Если что-то знаешь, говори.

Вольф снова замешкался. Но ненадолго. Если информация утекает из этого кабинета, то уже сегодня ночью его могут задушить колючей проволокой.

– О том, что вы вызовете меня на профилактичекую беседу, Фогель знал заранее.

– А-а-а, – Климов облегченно вздохнул и махнул рукой. – Это ерунда, мелочь. В официальном вызове никакой секретности нет, все равно все узнают. Я утром дал в канцелярию список, а там уборщики толкутся, дневальный… Забудь. А вот то, что тебя интересует.