Расписной

 – Не будет результата – положишь партбилет и пойдешь на улицу! Свободен!

Когда за Рябинченко закрылась дверь, Вострецов повернулся к ожидающему указаний Петрунову.

– Две недели сроку! – рявкнул генерал. – Провалишь операцию – пеняй на себя!

– Есть! – ответил подполковник.

* * *

– Слышь, Яков Семенович, а откуда ты Перепела-то знаешь? – поинтересовался Расписной.

Шнитман ненадолго задумался, потом махнул рукой:

– А-а-а! Какие тут государственные тайны! Тем более что тебе, Володенька, я полностью доверяюсь…

В тускло освещенной камере заканчивался очередной день. Зубач дулся с Драным в карты, Хорек, Груша и Скелет с интересом наблюдали за ними. Игра шла на отжимания, Драный раз за разом проигрывал и обреченно упирался в пол дрожащими руками.

– Раз! Два! Три! – азартно орали несколько глоток. – Давай, давай, только не перни! Нет, ты грудью Доставай! Не филонь, зараза!

Груша, пыхтя, сосредоточенно шлифовал о пол сантиметровый кусок зубной щетки. Накануне Челюсть разрекламировал «спутники» [64] и пообещал безболезненно вставить их каждому желающему. Желающим оказался Груша, теперь он тщательно готовил заготовку для будущего предмета мужской гордости.

– Вот так пойдет? – Груша протянул своему наставнику похожий на фасолину кусок пластмассы.

– Если у тебя конец как локоть – пойдет… А то поменьше сделай, чтоб кожу не натягивала. Лучше «виноградную гроздь» замастырим – штуки две всадим или три, как у меня. За тобой бабы табуном бегать будут!

– Не, три много, – засомневался Груша. О том, что в ближайшие пять лет он вообще не увидит ни одной бабы, будущий герой-любовник, очевидно, не думал.

– Так вот, Володя, – продолжил Шнитман. – У нас от блатных вечно проблемы были. Знаешь, как злые люди говорят: торгаши деньгами напиханы! То квартиру у кого обворуют, то магазин… Куда пожаловаться? В милицию нельзя – внимание к себе зачем привлекать? Сразу вопросы: на какие деньги все это золото, хрустали, магнитофоны… А я подумал, подумал: у воров-то тоже начальство есть! А Сеня от меня через улицу жил, я про него слыхивал, он про меня. Ну и пошел к нему… Маслица взял, колбаски хорошей, конфет, пару бутылочек коньяку… Поговорили по-людски и договорились так: я ему продукты подкидываю, деньжат, а он и меня, и мои магазины охраняет…

– Как так? – притворно удивился Вольф. – Западло это. Вор воровать должен, а не с рук кормиться!

– Может, и западло, – кивнул Яков Семенович. – Только с тех пор проблем у нас не стало. Больше того: еду в Ялту на отдых, деньги при себе везу немалые, а в коридоре два корешка Сениных курят да за порядком приглядывают. А рожи у них, я тебе скажу, еще те! Пьяные, хулиганы, шантрапа всякая – мимо моего купе пулей пролетали! И деньги в сохранности, и за себя я спокоен.