Расписной

«Надо еще тех двоих мочкануть, – кровожадно добавил пират. – За спиной никого оставлять нельзя».

«Одного. Главного», – подвел итог черт.

Человек на чердаке встряхнулся, превращаясь в Расписного. Для того все было ясно и понятно. Оглядевшись, он подошел к лазу на крышу, с трудом открыл маленькую тугую дверцу и выглянул наружу. С этой стороны дома располагался замусоренный пустырь с заброшенным котлованом, людей видно не было. Не мешкая, он вытащил тело Эйно Вялло на крышу и столкнул вниз.

Сам он тоже быстро спустился вниз, но по лестнице. На улице было сухо и солнечно. Как ни в чем не бывало прогуливались люди, мамаши катали в колясках детей, судачили на скамейках старушки, то и дело мимо проезжали машины. Большеголовый сидел в той же позе: прошло всего десять минут он не успел устать. Ему предстояло участвовать в убийстве, он был к этому готов. И ничего не знал о том, что планы изменились. Расстегнув рубашку до пояса и зажав между ладоней завернутый в платок «браунинг», Расписной сел рядом, сделав вид, что вытирает руки. Большеголовый покосился недовольно и отвернулся.

– Здорово, Тула!

Большеголовый вздрогнул. Осведомленные незнакомцы не сулят ничего хорошего.

– Глянь сюда! – Расписной приподнял платок, показав нацеленный в живот соседу пистолет. – На чужую землю залез, разбираться надо… Железки есть?

Конечно, стрелять здесь было крайне нежелательно. Но блатные – народ дисциплинированный и под пушкой стараются не дергаться. К тому же Тула смотрел не столько на оружие, сколько на татуированную грудь Расписного.

– Я вообще не при делах, – хрипло сказал он, выворачивая карманы. – Мне бабки заплатили, я и поехал. Что скажут – то сделаю. Своего интереса нет.

– Тогда слушай внимательно, брателла, – по-блатному растягивая слова, сказал Расписной. – Твои дружки уже копыта отбросили. Наши ребята тебя хотят следом пустить. Но раз ты не при делах…

Он подумал, почмокал губами:

– Убили! Человека убили, – раздался издали истерический женский крик. Это произошло на удивление вовремя, чтобы произвести максимальный эффект.

– Из окна выбросили! Милицию вызывайте!

У Тулы на лице выступила испарина:

– Они мне не корефаны, я их знать не знаю…

– Ладно, живи! – выдержав паузу, наконец кивнул Расписной, и Тула перевел дух. – Давай только, дергай из города по-быстрому. Чтоб через полчаса тебя здесь не было.

– Понял, братское сердце, – Тула встал, прижимая руки к груди. – Сукой буду – больше сюда не заявлюсь!"

"Большеголовый мгновенно исчез. Жадный до зрелищ народ бежал за дом, чтобы посмотреть на труп Эйно. Крики, шум, суматоха… Очень быстро подъехала ПМГ-6. Трансформировавшийся из Расписного старший лейтенант Волков подошел, поздоровался с сержантом Ивониным.