Успеть раньше смерти

Вопрос со строительной компанией – это вопрос, который будет решаться на высоком уровне. Даже если эти бутылки с бензином, это разбитое окно – их рук дело, попытки эти обречены на провал. Мои связи и мой авторитет не позволят отпихнуть меня вот так просто. Я добьюсь того, что этих Иванов, не помнящих родства, лишат лицензии!

– Лишить лицензии такую фирму очень непросто, – сказал Гуров. – Доказать криминал было бы очень кстати.

Булавин снова нахмурился, молча заглянул в бокал, потом поднес его к губам, посмаковал во рту коньяк.

– Хорошо, я учту ваши пожелания, – сдерживая эмоции, сказал он. – Надеюсь, больше не будем возвращаться к этому вопросу? Поговорим о чем-нибудь другом... Вы, кстати, когда собираетесь в столицу, дорогая? Должно быть, там уже заскучали без своей примы? Да, настоящие таланты наперечет! Увы, актеру необходима сцена, рампа, аплодисменты! Он привязан к ним, как каторжник к галерам. Художник – другое дело. Художник может жить и творить в любой глуши. Одиночество – его крест и его спасение!

– Да прямо завтра с утра и выедем, – просто сказала Мария. – Сейчас-то в ночь какой смысл ехать?

– Да, это разумно, – кивнул Булавин. – Только не забудь поцеловать меня на прощание. Мне хочется, чтобы наша кровная связь не стала добычей забвения!..

Пятнадцать минут спустя, когда они уже покинули кабинет художника и в некоторой растерянности вышли в сад, Гуров негромко заметил:

– Талантливый человек талантлив, как говорится, во всем. Твой родственник выставил нас так ловко, что я даже почесаться не успел. И причем выставил как бы нашими собственными руками. Честно говоря, на такой оборот дела я не рассчитывал. Но похоже, мы наступили господину художнику на какую-то заветную мозоль. Нет, черт возьми, меня все больше цепляет вся эта история! Если я не разберусь в ней, я непременно заболею!

– Гуров! Ни в какой истории ты больше разбираться не будешь! – заявила Мария. – Завтра рано утром мы заведем машину и уедем отсюда. Долг вежливости мы выполнили, родственные чувства продемонстрировали, в лучах обоюдной славы погрелись... Теперь в течение ближайших пяти-десяти лет можно, я думаю, к этому вопросу не возвращаться. Ты же видишь, что Булавин не хочет, чтобы его спасали! Возможно, ему нравится жить в состоянии стресса. Сейчас многие увлекаются экстремальными видами спорта, с мостов прыгают... А Эраст сражается с призраками кладбища. Тоже занятие. Может быть, таким образом он разгоняет застоявшуюся кровь? Все-таки у человека молодая жена... И вообще, он по характеру боец. Покой нам только снится! А мы лезем к нему со своими советами. Не удивительно, что в конце концов мы ему надоели, и он намекнул, что пора и честь знать. Собственно, ты и сам хотел поскорее отчалить...

– Сначала хотел, но теперь... – сказал Гуров.