Крымская ракета средней дальности

Я стал дышать часто и неглубоко, ибо не было сил сделать глубокий вдох – легкие зажала чугунная грудная клетка. Я стискивал зубы, пялился на прибор, по которому бежали мелкие цифры, и отсчитывал в уме секунды. Шесть, семь, восемь… И вот над моей головой голубое небо сменилось бесконечной полосой пляжа; море повисло над фонарем, угрожая душем вылиться мне на голову. Пирсы, корабли, рестораны и кафе проносились над моей головой, едва не задевая мое темечко."

"Перегрузка отпускала, самолет начинал пикировать, и земля вернулась под крылья. Я толкнул левую педаль и отвел ручку в сторону. Море, беспрекословно подчиняясь, начало вставать на дыбы за правым крылом, опять повисло над фонарем, но тотчас вместе с кораблями, пирсами, пляжными раздевалками ухнуло вниз… Представляю, какой фурор произвели мои пируэты на отдыхающих! Но вот уже центральный причал, городской парк… Еще небольшой доворот вправо… Где-то подо мной должна быть наша контора. Ага, вот она, спряталась под громадой жилого дома. Асфальтовый пятачок, на котором я когда-то очень давно парковал свой «жигуль», выглядит как набойка для дамской туфельки. Все сдвигается быстро, рассмотреть детали нельзя. Парки и скверы похожи на зеленые рваные мочалки, разбросанные по земле… Самолет на мгновенье накрыл облако, словно сожрало его. Несколько секунд я летел вслепую, окруженный молочной завесой. Словно не переварив, облако так же неожиданно избавилось от самолета. А подо мной уже другие декорации и игрушки. Южнобережное шоссе. Чуть левее, среди красных прямоугольников крыш, спрятался дом Фатьянова. А чуть правее – дом Тоси. Весь город я мог охватить одним взглядом. Неужели я в нем жил, переживал, убегал, прятался, стрелял? Я был ничтожно мелким, значит, мои мысли и деяния – еще мельче, еще ничтожнее.

Сквозь гул мотора до меня донесся едва различимый звук. Казалось, что в кабину попала муха, и вот она бьется своей глупой головой о плексиглас фонаря и жужжит. Я посмотрел по сторонам. Мухи не видно. Звук исходил откуда-то снизу, из-под моих ног. Я взялся за ручку управления левой рукой, а правую опустил и нащупал наушники. Диспетчер надрывал горло так, что наушники дрожали:

– «Полсотни второй»! Немедленно возвращайтесь на базу! Немедленно возвращайтесь на базу!..

Конечно, вернусь, куда же я денусь! Но в разговоры лучше не вступать. Это меня отвлечет. А сейчас надо собраться и сориентироваться в паутине дорог, опутавшей горный склон. Вот уже и поворот в лес. Подо мной проплыли серые коробки гаражей, трубы ТЭЦ… Я начал набирать высоту, чтобы идти параллельно склону. Повсюду лес. Лохматый, с ложбинами и подъемами, словно скомканный зеленый палас с длинным ворсом, который кинули на пол, да пока не расправили.