Крымская ракета средней дальности

Особенно настораживало меня то, что все они, как один, держали руки в карманах халатов. Одному бесу было известно, что они там прятали – пистолеты или ножи? А может быть, шприцы, заряженные цианистым калием?

– Скажите, – спросил я у лысого врача, – а все эти люди действительно медики?

Врач вскинул голову, повернулся на стуле, посмотрел на своих коллег, а затем на меня. Мне привиделся в его взгляде замаскированный профессиональный интерес.

– А что, у вас есть по этому поводу какие-то сомнения? – спросил он.

Я кивнул. Врач кашлянул, нахмурил брови и произнес по-латыни какое-то длинное слово, наверное, медицинский термин, отчего толпа в белых халатах оживилась и непроизвольно отпрянула от меня ближе к двери.

Осматривали нас с Ирэн недолго. Я удивился, что такая концентрация врачей не смогла выявить у нас злостную симуляцию. Если не считать уже вполне затянувшейся раны на моей руке, то диагноз мне и Ирэн поставили совершенно одинаковый, словно был написан под копирку: нервное истощение и легкая степень переохлаждения в связи с долгим пребыванием в воде.

Глава 23

РАСТВОР ГЛЮКОЗЫ

Нас поместили в отделение интенсивной терапии, в двухместную палату с видом на парк. Было уже поздно, на ужин мы опоздали, и Ирэн, лежа на койке, стала вслух мечтать о гороховом супе и шашлыке. Я же метался от окна к двери и при этом гремел матросскими ботинками по потертому линолеуму. Я чувствовал себя в мышеловке."

"– Успокойся, – посоветовала мне Ирэн и широко зевнула. Голос ее постепенно становился вялым и сонным. – Мы запрем дверь, как следует выспимся, а утром позавтракаем и убежим через окно. Давай поспим немного, ладно?.. Здесь так уютно… У меня нет уже никаких сил…

Я подошел к двери. В ней не только замочной скважины не было, но даже ручки, при помощи которой можно было бы запереться шваброй. Я тоже очень хотел спать, глаза мои слипались, но воля и разум еще подчинялись мне. Я прекрасно понимал, что если махну на все рукой и завалюсь на койку, то могу уже никогда не проснуться. Убийца вряд ли успокоится в эту ночь. Его намерения разделаться с нами еще тогда, на море, выглядели весьма серьезно. То, что мы остались живы, наверняка вызовет в нем бурю злобы. И его не остановят хлипкие больничные двери. При помощи полотенца он может устроить нам обоим асфиксию головного мозга. При помощи ножа – вскрытие сонной артерии. При помощи пистолета – сквозное отверстие в черепной коробке. Или еще проще, еще прозаичней: накинет белый халат на плечи, возьмет шприц с ядом и…

– Ирэн! – позвал я.

В ответ я услышал тихое ровное сопение. Она спала.