Райская птичка

В нос ударил резкий аромат его парфюма, голова закружилась. Он и до этого будоражил её обоняние, одурманивал, и не заметить этого было выше её сил. Но и вдохнуть было боязно, не решалась сделать даже это движение. Казалось, это спровоцирует его, ведь они и так зашли слишком далеко. Все это время она пыталась разогнать теплоту, что зарождалась между лопаток и спускалась вниз, вызывая испарину на спине. В глаза бросилась обстановка кабинета, ещё больше убеждая в неправильности их отношений. Она на работе! Они на работе!

Данте прижал её стройное тело крепче, явственно осознавая, что это было именно то, что он так хотел сделать. Но для удовольствия этого было ничтожно мало и первые приятные ощущения от соприкосновения с ней тут же превратилось в пытку, потому что он прекрасно понимал, что здесь они этого не сделают, здесь, в своём кабинете, он не стащит с неё платье и не займётся с ней страстным сексом, как бы ни хотелось.

Она всё-таки вздохнула, глубоко, так что платье на груди натянулось, и отклонила голову в сторону, почувствовала его тёплое дыхание на шее. Отстранилась, но безуспешно.

- Прекрати… - как-то сумела сказать.

Заверещать? Глупо. И он это знал. Прекрасно знал, что она не будет вопить и верещать. Оставалось только покрепче вцепиться в запястья и не дать его рукам шарить по собственному телу.

- А что ты так разволновалась, Птичка? – ласково спросил он.

- Оставь свои намёки.

- Какие же это намёки? Я тебе прямо говорю. Всё как есть. Ну так, где же у нас молния? Здесь? – Он провёл указательным пальцем по шву на платье вверх от бедра до груди, очертив плавный изгиб её талии. - Или здесь?

Она снова замерла. Застыла пришпиленная к полу, словно он не пальцем водил по её талии, а раскалённым железом. Дыхание участилось, а тело налилось тяжестью. Не смогла остаться равнодушной и самое обидное, что для этого не нужно было изобретать изощрённых способов. У него и так всё получилось.

- Забудь… - Энджел не договорила, потому что дыхание стеснилось и во рту пересохло, когда он скользнул пальцами по шее, убрал волосы и взялся за «собачку» на молнии. Сердце выпрыгивало из груди, она поняла, что у неё нет ни единого шанса помешать ему, только надеяться на его благоразумие. Плавно он оттянул вниз крохотный «язычок», а она сдавленно пискнула, выражая свой протест, но он не слушал, продолжая расстёгивать платье.

- Данте!

Он хотел всего лишь подразнить её, но остановиться не смог. Сантиметр за сантиметром он тянул вниз злосчастную «собачку» и прекратил, как только она возмущённо воскликнула. Дотронулся кончиками пальцев до обнажённого участка тела и провёл линию вдоль по позвоночнику вверх, наслаждаясь теплотой и мягкостью кожи.