Рай тебя не спасёт

Все мерзости, какие мог, Велар совершил, но она больше не испытывала ненависти — демона оправдывали инстинкты. Она была к нему несправедлива.

Да, Велар не святой. Он действовал в своих интересах. Его помощь не была бескорыстной. Но кто в здравом уме станет ожидать от демона благородных поступков? По сравнению с соплеменниками Велар не так плох.

Ева вспомнила истории, которыми он делился, да и сама увидела на Дне крови достаточно. Какими забитыми казались избранницы тёмных существ! Как смотрели в пол и не решались поднять взгляд! А слепая девушка с обожжённым лицом… При мысли об этой паре Еву передёргивало.

То, как супруг поддерживал несчастную за плечи, не давая упасть, как вложил в руки бокал вина, помогая поднести к губам, смотрелось трогательно, пока не открылась правда. «Он любит её, изувеченную», — с восхищением подумала Ева, но Велар сдёрнул с глаз шоры. Объяснил, что этот заботливый благодетель обещал вернуть девушке зрение, но солгал, не захотел: ему нравилась беспомощность жены, её зависимость даже в мелочах, а ревность была сильнее желания иметь рядом красивую куклу.

Еве повезло: Велар жестоким не был. Он воспользовался ситуацией, когда в плену она не помнила себя от горя, но не лгал, не принуждал. Во второй раз они заключили контракт, потому что обоих шантажировала Махаллат, и после демон вёл себя мягко и терпеливо, хотя мог обижаться и мстить за предательство.

Может, она зря сопротивляется? Велар великодушен, красив. У него выразительные черты, стать, которая выделяет в толпе, редкий для земных мужчин шарм. Велар похож на аристократа и загадочного пришельца из далёкой галактики. Его тело рельефное, по-мужски изящное, без намёка на грузность. Сильные руки, широкие плечи. Мышцы спины, будто сложенные крылья птицы. Кричащая красота, не трогающая Еву ничуть.

Может, она ошибается? Не понимает своего счастья? Может, надо играть по правилам, как выразилась Махаллат? Не было причин сопротивляться, кроме слабого голоска в голове, твердящего: «Что-то не так, что-то неправильно», и чувства, будто её загнали в угол.

— Итак, первое правило, — Велар ласкал её грудь, — не давать повода для ревности. Если я увижу, чтобы вы беседуете с кем-то, флиртуете, улыбаетесь, выглядите заинтересованной, то потеряю голову и попытаюсь утвердить свои права, напомнить и вам, и своему сопернику, всем и каждому, кому вы принадлежите.

Ева скривилась, догадываясь, что скрывается под этим «утвердить права». Охватила апатия. Велар проявлял такт, притворяясь, что просит, а не приказывает, но могла ли она не подчиниться?

— Второе правило. Я всегда должен знать, где вы находитесь. Пожалуйста, сообщайте о каждом шаге.