Рафаэль

— Смысл в том, что «ликантропия» — это только про вервольфов, а «териантропия» затрагивает все формы. — Пояснила я.

— Я знаю, что это значит, но мы все и так понимает, что ликантропия стала общепринятым термином для всех нас.

— «Териантропия» — это достаточно простой термин. — Сказала я.

— Да, но они на этом не остановились, эти борцы за социальную справедливость, они создали для нас целую кучу других терминов. Язык сломаешь, пока выговоришь «ароураиотропия» (скорее всего, это слово означает веркрысиную ликантропию, но точно может знать только Лорел — прим. переводчика), а большинство из нас еще даже с вариантом произношения этого слова не определились.

— Я согласна, что новый сленг — это просто смешно, но мне, как маршалу, приходится его использовать, либо на меня напишут жалобу.

— А на тебя уже писали жалобы? — Поинтересовалась Клодия.

— Кто? Потому что никто из нас точно не жаловался. — Заметил Рафаэль.

— Другой маршал. — Ответила я.

— Если Анита будет драться в яме до первой крови с кем-то из нас, то она получит место в клане, и это осадит претендентов. — Сказал Бенито.

— Как ее телохранитель, я против. — Вмешалась Клодия.

— Ты охраняешь ее, но ты обещала служить Рафаэлю.

— Если мы позволим им вынудить Аниту сражаться в бойцовской яме, наши враги могут также вынудить ее участвовать в настоящем поединке. Не против кого-то из нас, а против кого-то из тех веркрыс, кто не постесняется воспользоваться ситуацией и серьезно ранит ее.

— Они могут убить человека, который с ними сражается? — Уточнила я.

— Нет. — Ответили Клодия и Бенито в один голос.

— Но веркрысы вправе требовать, чтобы человек бился до третьей крови так же, как и они. — Возразил Рафаэль.

— Что будет, если я проиграю? — Спросила я.

— В обычной ситуации тебе бы просто не позволили стать одной из нас. Если во время следующей полной луны побежденный человек не перекидывается, то все заканчивается. — Пояснил Рафаэль.

— А если проигравший все же перекинется во время полнолуния?

— Его выследят и убьют. — Ответил Бенито.

— Потому что он не заслужил права быть веркрысой. — Догадалась я.

— Так у нас заведено. — Добавил Рафаэль.

— Я не перекидываюсь, я просто не могу перекинуться, так что, если я проиграю, все должно быть нормально.

— Жан-Клод никогда не позволит тебе рисковать своей жизнью на песках в наших бойцовских ямах. — Возразил Рафаэль.

— Он мне пока не босс. — Ответила я.

— Не думаю, что кто-нибудь когда-нибудь сможет стать тебе боссом, Анита Блейк, но я не стану рисковать тем альянсом, который мы построили, ради шанса остановить дуэли за право на трон.

— Но это докажет, что ты уважаешь законы родере, и что Анита тоже их уважает.