Рафаэль

Моя некромантия раскрылась цветком, и тьма расступилась перед ней, после чего я вдруг увидела комнату, в которой Падма сидел на краю кровати. Это не был дорогой отель, скорее так-себе-отель. Как низко пали сильные. Я ощутила трепет Жан-Клода от этого открытия прежде, чем он отстранился и скрыл от меня свою реакцию. Мне даже не надо было мысленно спрашивать, что он делает — я знала, что он говорит с Пьеро. Арлекин выйдет на охоту за Падмой. Если мы выиграем время, они его выследят.

Падма посмотрел вверх, как будто я парила перед ним в воздухе.

— Стало быть, ты меня нашла. Я покину этот город задолго до того, как Арлекин найдет меня.

— Во время нашей последней встречи ты был одет в шелка и драгоценности. А теперь как-то поизносился.

Я ощутила движение, подобное бурлению океана силы за моей спиной — так же, как я ощущала ее на улице перед амбаром. Мне даже не надо было оглядываться, чтобы понять, что это вновь были те маленькие крысы, а я осталась прежней. Вместо пляжного песка у меня под ногами был черный мех — больше, чем в тот раз снаружи, куда больше. Тысячи крыс заполонили половину стадиона. Они сели и выжидали, наблюдая — слишком тихие, слишком сосредоточенные для обычных животных. Крыса с белым пятнышком на груди и белой лапкой приподнялась на задних и уставилась на меня.

— Я пережил смерть своего человека-слуги и своего тигра, когда мне пришлось бежать в Европу. Переживу и то, что ты сотворишь со мной на этот раз.

— Я сожалею о смерти Гидеона и Томаса.

Это были имена зверя его зова и человека-слуги. Вместе с ними когда-то Падма сформировал свой собственный триумвират силы. Тот факт, что он пережил их гибель, был равносилен тому, что Жан-Клод пережил бы мою смерть и смерть Ричарда. Это было впечатляюще.

Падма выглядел удивленным.

— Благодарю тебя, Анита Блейк.

— Не за что. Они заслуживали кого-нибудь получше тебя, куда лучше.

Он зашипел на меня, обнажая клыки, а по-настоящему старые вампиры делали это крайне редко. Они считали, что это недостойно — сверкать клыками, как животные.

— Ты оставил их так же, как оставил Гектора?

— Он знал, чем рискует.

— Значит, ты оставишь его умирать, как оставил своего сына.

Падма встал с кровати, гладя на меня и сжимая руки в кулаки. В воздухе вокруг него дрожала черная рябь.

— Я дождусь, когда у тебя появится ребенок, Анита, и тогда я вернусь, чтобы отомстить.

— Ты сам решил обменять свою жизнь на жизнь своего сына, Падма. Я бы с радостью убила тебя вместо него.

— Согласно информации, которой владеет Гектор, в ночь выборов нового царя веркрысы еще ни разу не допускали в бойцовские ямы посторонних. Сегодня тебя не должно было здесь быть, Анита.

— Без твоих подлянок Гектор бы не победил. Поднять его в воздух, сняв с лезвия, было перегибом.