Радужная пони для Сома (СИ)

И вот на тебе!

Вперся! Да так, что никуда теперь! Не могу ее оставить! Надо бы, но не могу… Хочу так, что все внутри сворачивается!

Но в то же время прекрасно понимаю, что коридор универа — явно не то место, где можно трахать в первый раз целочку. Если, конечно, планируешь ее и дальше трахать.

А я планирую.

А потому надо выдохнуть и попытаться успокоиться. Хоть как-то…

— Блять, Радужка… — вырывается у меня жалко, держу ее по прежнему на себе, мягко и ритмично стискиваю лапы на упругой заднице, — ну как так?.."

"Она сжимает губки, глаза становятся злыми, а руки, упирающиеся в мои плечи, неожиданно сильными. Понятно, опять не то ляпнул. Ну идиот, чего уж там…

Надо исправлять, и как можно скорее, но не успеваю.

Слышатся со стороны кабинета философии тихие тяжелые шаги, и я замираю, втискивая собой в стену беспомощно брыкнувшую ногами Радужку.

Если пойдут дальше, то могут нас засечь тут, в нише.

Но шаги тормозят неподалеку, не доходя до нас каких-то пару метров.

Я смотрю испуганно расширенные глаза Радужки, подмигиваю утешительно и мягко прижимаю палец к раскрытым губкам. Ти-хо…

Слышатся еще шаги. Уже другие, в этот раз быстрые, нервые, а затем резкий шорох и тихий девичий вскрик.

Да бля! Что там происходит? И как долго это будет происходить?

Копошение прямо рядом с нами, через угол стены, словно кто-то борется. А потом тяжело дышит. А потом…

— Захар… — испуганный голос девчонки знаком. Алька! — Захар, чтоб тебя! Пусти! Ты чего, с ума сошел?

— Какого хера?.. Какого хера он говорит, что ты до сих пор с ним?

Низкий хриплый рык тоже знаком! Хоть и не особо часто его доводится слышать! Немой!

И Алька!

Нихера себе!

Смотрю в глаза Радужке. У нее, судя по бесконечному удивлению на лице, тоже шок от услышанного.

— А почему бы ему про это не говорить? — язвительно фырчит Алька, — пусти, сказала!

Слышатся хлопки, словно с усилием бьют по чему-то деревянному. По чьей-то пустой башке. Немому, похоже, достается. Но ему это все, естественно, как слону дробина. Только рык становится громче и злее.

— То есть… Ты со мной трахалась… А теперь с ним? Да? Да?

Ого-го!

Какие новости!

Алька трахалась с Немым!

Это, бля… Я даже не знаю, как это все назвать…

И Радужка, судя по всему, тоже не знает.

Мы так и стоим с ней, прижавшись друг к другу, даже не дыша, чтоб, не дай Бог, не спалиться.

А неподалеку от нас выясняют отношения мой друг и девочка другого моего приятеля, с которой тот только сегодня обжимался и хвастал, что у них все заебись…

Не похоже на Альку такое блядсвто…

Слышатся хлопки опять, теперь звонкие, Алька, наверно, опять по роже Немого лупит, фырчит злобно:

— Пусти, урод! Если я шлюха, какого хрена держишь?

Ну а Немой, похоже, опять впал в свой молчаливый транс и позволяет ей себя пиздить.