Радиоактивная война

Рассказ о слонах, львах и буйволах звучал для Глеба буднично, как будто речь шла о лисицах и зайцах-русаках. Максим говорил самозабвенно, так что детектив невольно заслушался, после всего пережитого бытовая тема звучала сейчас, как музыка.

Сыщик допил виски и опустил стакан на поднос проходившего мимо официанта, потянувшись за следующим, как на плечо его легла тяжелая ладонь. За спиной Кольцова стоял Роман Александрийский, в черном с отливом смокинге он выглядел не хуже, чем киношный Джеймс Бонд. Генерал одарил сыщика широкой жемчужной улыбкой и оживленно произнес:

– Ну что, Глеб Иванович, пошли, потрещим, а то видишь, какая каша заварилась, даже парой слов не успели перекинуться.

– Есть где? – Огляделся по сторонам Глеб.

– Есть, – кивнул Александрийский и увлек Кольцова в дальний угол зала, тоном заговорщика негромко добавив: – Я тут ангажировал небольшую комнату, так что после беседы можешь пригласить туда какую-нибудь местную красотку.

– Ну уж нет, спасибо, я достаточно насмотрелся на местных, – раздраженно буркнул Кольцов, с трудом удержавшись, чтобы не добавить «через прорезь прицела».

– Ладно, ладно, потом сам решишь, как развлекаться, – примирительно сказал генерал-майор, покровительственно похлопав сыщика по плечу.

Кабинет был небольшой, но отделанный с не меньшей чопорностью, чем главный зал дворца. Глеб провел ладонью по бархату, которым были отделаны стены помещения, потом настороженно спросил:

– Как насчет прослушки в этом Версале?

– Проведены специальные мероприятия технического плана. За стенами кабинета нас невозможно услышать не то что электронными приборами, но даже собственными ушами, – ответил Александрийский. Приблизившись к рабочему столу из красного дерева, он хозяйским движением откинул крышку небольшой шкатулки, выполненной из слоновой кости и украшенной золотой инкрустацией.

Достав из шкатулки длинную тонкую сигареллу, Роман Оскарович поднес ее к носу и с видимым наслаждением вдохнул терпкий аромат спрессованного табака.

– Я сегодня разговаривал с Игнатом Степановичем. Он очень доволен твоей работой. Старик так и сказал – ты самый великий из известных ему диверсантов, а за сорок лет службы он повидал многое.

– Что я должен ответить? «Служу Отечеству» или «Спецназу»? – насмешливо поинтересовался Кольцов.

– Не ерничай, Каскадер, тебе это не идет, – поморщился Александрийский. Взяв большую настольную зажигалку, выполненную в виде африканского слона, генерал надавил на хвост животного и прикурил от синего язычка пламени, вырвавшегося из хобота.