Рабыня страсти

И все следует делать медленно, чтобы дать вкусить наслаждение сполна… — Он перевернул ее на спину и склонился, целуя ее груди. — Какие чудные сочные грудки! Они молят о ласке…

— Да, это правда, — храбро отвечала Зейнаб. Он медленно ласкал ее тело, осязая нежную и упругую плоть, накрывал каждую грудь по очереди ладонью, слегка пощипывая соски большим и указательным пальцами. Она вся выгибалась в его руках. Тогда он склонил голову и принялся посасывать соски. Потом язык его начал ласкать мягкую дорожку между грудей. Затем снова стал ласкать языком соски, уже к тому времени твердые и напряженные. Она громко застонала от наслаждения. Он легонько прикусил сосок — девушка громко вскрикнула. Тогда он поцелуями стал утолять причиненную ей легкую боль…

От горячих прикосновений его рта к ее телу Зейнаб совершенно лишилась рассудка. Ласка его больших рук дарила ей доселе не испытанное блаженство. Заключив ее в объятия, он приподнял ее и стал осыпать с ног до головы горячими поцелуями. Ослабев от страсти, она лежала в его объятиях, а он снова стал лизать ароматную кожу.

— О-о-о.., мой господин! — вырвался у нее вздох наслаждения.

Он уложил ее снова на ложе, подсунув подушку ей под ягодицы. Раздвинув ноги девушки, он скользнул меж них, уперев ее бедра в свои плечи.

— Теперь… — шепнул он, — я открою тебе одну тайну, тайну сладкую, Зейнаб…

Склонившись, он осторожно раздвинул ее мягкие и розовые потайные губки. Нежная плоть уже лоснилась от жемчужных соков любви, хотя девушка этого не осознавала. Он позволил себе чуть полюбоваться ее сокровищем, а потом язык его нащупал средоточие страсти И принялся пламенно его ласкать.

Какое-то время разомлевшая Зейнаб не понимала, что он делает, но когда до нее дошло, она раскрыла рот, чтобы закричать от стыда — но звука не получилось… Она вздохнуть даже не могла! Девушка силилась выказать протест против столь бесцеремонного вторжения в ее святая святых, но.., но… Язык страстно ласкал ее потаенную святыню, и вдруг нежное тепло, которое она ощущала прежде, внезапно обратилось в бушующее пламя… Из ее горла вырвался сдавленный крик. Она хватала ртом воздух. Перед глазами у нее замелькали звезды — и она пронзительно закричала…

Тогда он освободился от объятий ее ног и, взяв в руку свой член, принялся нежно тереть им ее сокровище. Член был тверд — Карим мучительно хотел ее. Открыв глаза, Зейнаб прочла это в его взгляде.

— Возьми меня! — молила она. — Возьми… Сейчас!

— Мужчина должен входить в девственное тело медленно и с великой нежностью, — проговорил он сквозь стиснутые зубы, проникая в нее. Она ощущала, как горячий мужской член заполняет собою все ее нутро. Инстинктивно она сомкнула стройные ножки вокруг его талии, чтобы дать ему возможность проникнуть еще глубже.