Рабыня страсти

Груочь изо всех сил старалась выглядеть как подобает смущенной новобрачной. Церемония бракосочетания была окончена — герольды затрубили в трубы. Слуги принялись обносить гостей кубками с вином, а сестры подошли к матери, которая слабела с каждой секундой. Мак-Фергюс тем временем любовался, как жених и его братья лихо выплясывают…

Что бы там Сорча Мак-Дуфф ни думала о Фергюсонах, но Риган вынуждена была признать, что все они были хороши собой:"

"— с каштановыми волосами, синеглазые… Все они были одеты почти одинаково — вокруг талии каждого был обмотан плед, закрепленный кожаным ремнем. А вороты белых льняных сорочек были распахнуты на груди, выставляя на всеобщее обозрение густую растительность, которой могли похвалиться все отпрыски Мак-Фергюса, кроме разве что самых младших. Обувь плотно облегала ступни, а кожаные ремешки обхватывали до колен их стройные ноги. На женихе обувь была кожаная, братья же его обуты были в туфли, сшитые из прочной водонепроницаемой ткани. Все они шумно пили, выкрикивая тосты в честь брата и его молодой супруги, танцевали перед гостями…

Приступ удушающего кашля сотряс Сорчу, и, когда дочерям удалось сообща облегчить ее муки, она прохрипела:

— Первая брачная ночь… Я должна узнать, что с моей Груочь все в порядке прежде, чем умру! Отведи сестру в спальню, Риган, и приготовь там все как надобно — я ведь сама не могу…

Девушки выскользнули из зала, не замеченные никем.

Мак-Фергюс и прочие приглашенные в это время как раз заливались хохотом, услышав чей-то на редкость похабный тост. Близнецы во весь дух неслись вверх по лестнице в спальню, заранее заготовленную для новобрачных. Груочь торопливо сорвала с себя подвенечный наряд, переоделась в платье Риган и наспех заплела волосы в толстую косу.

— А я.., должна быть обнаженной? — спросила Риган сестру, стоя в одной льняной сорочке и расчесывая гребнем золотые волосы.

— Да, — отвечала сестра. — Так одежда, по крайней мере, не будет разорвана в клочья нетерпеливым жеребцом, моя Риган…

— Груочь… — поправила ее сестра. — Я Груочь, а ты Риган. Помни!

—  — Ложись в постель, — поторопила ее» Риган «. — Я уже слышу шаги на лестнице. У мамы очень мало остается времени. Думаю, она не доживет до утра…

И только успела новоявленная невеста взобраться на высокое ложе, как двери покоя с треском распахнулись, и гогочущая толпа родичей втолкнула в спальню голого Иэна Фергюсона.

— Исполни супружеский долг! Жена ждет не дождется! — заорал отец. Потом, грубо схватив за рукав переодетую сестрицу, вытолкал ее из комнаты. — А тебе теперь здесь вовсе не место, ты, маленькая монашка!

Груочь была ошеломлена. Она и представить себе не могла, что Иэн Фергюсон так.., так замечательно сложен.