Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945

На нем была зеленая, велюровая, изрядно засаленная шляпа, короткий, утепленный черный женский плащ с лисьим воротником, на ногах – блестящие, новенькие лаковые ботинки. Весь какой-то дерганый, жилистый, с неуловимым, бегающим взглядом – он производил неприятное впечатление. Остальные были в рваных ватниках, в облезлых шапках и в разношенных кирзовых сапогах, больше похожих на опорки.

Тот, что в шляпе, строго спросил меня: «Кто такие? С кем эвакуируетесь?»

– Русские. Ленинградцы. Идем с хозяином, у кого работали… А вы кто?

– Который? Который, спрашиваю, хозяин?

– Его здесь нет сейчас. Уехал на тракторе за застрявшими внизу телегами… А вы-то кто?

Но «жилистый», казалось, не слышал меня: «Это ваш? – он кивнул на прицеп. – Шнапс, жранье там есть?»

– Насчет шнапса не знаю. А продукты, конечно, имеются… Там его дочь и жена, – предупредила я, показав глазами на замерший настороженно полог кибитки.

– Плевать. Не посмеют пикнуть! Покажу одну штучку, – он хлопнул по карману плаща, – враз заткнутся… Гришка, давай!

Последние слова были адресованы к рыжему, зеленоглазому парню, который тут же ловко вскарабкался на верхотуру прицепа. Умело перевернув несколько тюков, Гришка в считаные секунды нашел то, что искал. Он привычно принялся передавать вниз, своим сообщникам, залитые сургучом темные, пузатые бутылки. Потом, нырнув глубже, выволок наружу корзину с банками тушеного мяса и овощей. Набив плотно карманы бутылками и прихватив корзину, все четверо метнулись в сторону кювета.

– Эй! Куда вы? – растерянно крикнула я. – А как же мы? Ведь это – грабеж! Нам попадет. Обождите…

Тот, что в шляпе, снова быстро приблизился ко мне. «Тихо! Не ори. Мы военнопленные. Были в лагере. Нас тоже гнали, но мы сбежали. Прячемся тут, недалеко. Место надежное. Все эти ползущие на Запад придурки уйдут, а мы останемся. А там, глядишь, – наши… Хочешь – давай с нами. Только быстро!»

– Но я не одна. С мамой, – сказала я в полной растерянности. – Притом… притом все наши вещи на том возу, что остался под горой.

– А ты – что, хочешь пуститься в бега со всеми нарядами? Словом, решайте со своей мамой – или – или… Только быстро! Две минуты. Иначе мы уходим."

"– Мама! – Я побежала к только что разожженному на обочине дороги костру. Все случилось так быстро, что мама даже не заметила, что происходило возле прицепа. – Мама, ну что? Решайся! Сейчас самый подходящий момент. Эти парни… Они зовут нас. Говорят – место надежное. Ну, что ты смотришь так? Пошли! Ведь сама же вчера согласилась…

– Куда идти-то? А ты знаешь – кто они? И что, – по-твоему, мы должны отправиться прямо так? Хоть бы сухари с собой взять…

– Прямо так! Не умрем! Это – русские пленные. Долго ждать нас они не будут… Давай! Пошли же!

И мы пошли. Не оглядываясь. В чем были.