Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945

Почему-то мне очень хочется увидеть сейчас того, у кого копна вьющихся каштановых волос, синие, широко расставленные глаза, чуть вздернутый нос, расщелина в передних зубах, – того, о ком даже снисходительная Гельбиха и то однажды сказала: «Не красавчик». Я даже дважды за вечер выходила на крыльцо, сдерживая стук сердца, вглядывалась в темноту. Однако – увы, увы…

Что же ты, Джон? Неужели не слышишь зов моего сердца, не чувствуешь, как ты мне нужен сейчас?

13 сентября

Среда

«…Под нажимом англо-американцев Болгария порвала дипломатические отношения с Германией. Тем самым она встала на опасный путь и приблизила себя к гибели…» («Новое слово», от 12 сентября 1944 г.).

Троекратное УРА!!! Союзники действуют!"

"Пахнет грозой также и в Венгрии. Мне кажется, на днях должно произойти что-то решительное. Газета пестрит информационными сообщениями о сменах правительств и правительственных кабинетов в различных странах. В мире творится что-то невообразимое: вчерашние союзники поворачивают штыки и сегодня дерутся, как разъяренные звери, против недавних друзей, плечом к плечу вместе с бывшими врагами. И льется кровь, и трудно разобраться – чья она – своя или вражеская?

Атмосфера действительно насыщенная. Все, затаив дыхание, ждут последнего и решительного сражения, ждут такого небольшого, но такого желанного слова – «МИР». Да, по всему видно, он недалек уже – этот день. Но что произойдет еще до тех пор? Кому-то посчастливится услышать его, а кому-то и нет. Кто-то будет радоваться, ликовать, а кто-то и не познает больше радостей земной жизни. Разве мало затерялось в водовороте войны имен отважных героев и просто обыкновенных людей, погибших неизвестно когда и неизвестно где? И мало ли еще будет таких до конца войны? Да и кто знает – что ждет еще и меня впереди, какую участь приготовила мне моя судьба? Суждено ли мне услышать это желанное слово «Мир» или же… Ох! «Грядущие годы таятся во мгле…»

Ганс Дитрих, вручая мне в обед газету, помедлил возле крыльца, спросил с невеселой усмешкой: «Ну что? Как настроение? Небось, уже в свою Россию собираетесь?»

– Ах, Ганс, если бы это было так! – Поколебавшись мгновенье, я решилась задать ему волнующий сейчас всех нас вопрос: – Мы слышали, что Восточный фронт переместился уже на территорию Германии… Это правда?

С той же застывшей усмешкой он кивнул головой: «Да. Уже. Ты права. Вермахт на грани краха. На днях объявлена новая тотальная мобилизация. Теперь начнут уже и мальчишек забирать в армию, перемалывать их в этой мясорубке. Истребляется будущее нации. История повторяется – от Германии скоро ничего не останется».

Мне сразу вспомнилось вещее: «Все повторится как когда-то. Германия будет дуться, дуться, а затем от нее останется пшик».