Отец на час. Работает спецназ

Кира шикает на нас обоих и поскорее тянет меня на выход. Сразу уезжает: у нее сегодня ещё два заседания.

На улице только-только прошел дождь. Воздух такой свежий и прохладный, что я дышу часто-часто. Вот только спокойствия это не приносит.

- Ты уволен, Попов. - Как чувствую, что он всё ещё тащится сзади.

- Ну че ты начинаешь, Побединская? Сама говорила, что работу и личное мешать - последнее дело.

- Есть вещи, которые не прощают, Андрей.

- Давай поговорим. - Он хватает меня за руку.

- Я хочу поговорить с Леоном

- Он не хочет сейчас с тобой разговаривать.

- Пусть скажет мне это в лицо, - не сдерживаюсь и, развернувшись на низких старушечьих каблуках, одергиваю длинную юбку. Все инструкции Киры я выполнила четко - никаких украшений и брендовых сумок.

Только вот судья на меня вообще не смотрела. Ей будто все равно.

- Не дави на него, - рассудительно просит Андрей, и выражение его лица смягчается. - Рика, ты сейчас должна успокоиться. Леону шестнадцать лет. Коля для него такой же отец, как и ты мать. Это всего лишь выбор мальчика.

- Я уверена, они заставили его принять такое решение. Сам бы он никогда не додумался.

Попов застегивает пуговицу на пиджаке и признается:

- Я разговаривал с ним перед тем, как прийти сюда. Наедине и без свидетелей. Рика, Леон сам захотел и знал, что ты будешь против. Он страшно скучает по отцу, а ты поселила в доме какого-то солдафона…

- Влад… Владислав Алексеевич не солдафон.

- Не прикидывайся, Леон все мне рассказал. У тебя с этим бывшим ментом шуры-муры.

- Шуры… что?... - кажется, ещё больше краснею. - При чем здесь это, Андрей?

- При том, - Попов разводит руками. - Тебе интереснее строить собственную жизнь, чем осознать, что человек в твоем доме явно лишний.

- Это бесполезный разговор, Андрей. Я не собираюсь во всем потакать подростку. Это неправильно. Существует вопрос безопасности, им занимается Влад. От Леона лишь требовалось относиться к нему вежливо.

- Подумай о том, чтобы освободить дом от левых мужиков.

- Ты забываешься, Попов, - просто нестерпимо хочется ему врезать.

- Серьёзно!... Иначе останешься без сына.

- Это мы ещё посмотрим! - непримиримо возражаю. - Будь здоров.

Из здания суда выходят Коля и Леон. Сын, увидев меня, сразу отворачивается, а бывший муж обнимает его за плечи. Сев в машину, молча наблюдаю, как они что-то активно обсуждают и, скрывшись в автомобиле юриста Побединского, уезжают вместе.

Как только горящие стоп-огни скрываются за поворотом, я обессиленно падаю на руль и позволяю себе выплакаться.

На самом деле, ни одна мать к тому, что случилось со мной сегодня, не готова.

К этому просто невозможно подготовиться…

Я ожидала нож в спину от кого угодно, но только не от собственного сына.

Всю дорогу до дома меня трясет от несправедливости и подростковой жестокости.