Отец на час. Работает спецназ

Сжимают хорошенечко. Так, что бабочки в животе снова в строю.

Я изумленно взираю на то, что он со мной делает, и неожиданно понимаю - мне это нравится.

Нравится не сама грудь, ее форма, крупные ареолы или цвет сосков, а именно сочетание всего этого с сильными жилистыми руками Влада.

Будто этого ингредиента мне и не хватало....

Глава 28. Федерика

- Красиво! - восхищается Влад, продолжая умело тискать мои мягкие дыньки. - Хочу тебя, Федерика Тореодоровна… Пи-и-издец как хочу. Как бы в штаны, как юнцу безусому, не спустить.

Ну вот…

Грубость же несусветная, а между ног влажно становится.

И горячо-горячо. Сейчас закипит.

После многолетнего секса с Колей исключительно в миссионерской позе вдруг совершенно искренне пугаюсь. А что, если я вообще… извращенка?... Ну из тех, которые бельевыми веревками во время секса обматываются и кончают по три раза.

Как их там… шиба… нутые.

Нет.

Шибари!...

Кажется, так называется.

Большие пальцы Влада водят медленные хороводы вокруг моих сосков, выбивая из головы последние здравые мысли.

- Мы ведь опаздываем, - ещё сопротивляюсь, убирая его руки, но уже как-то вяло.

Неубедительно даже для себя.

- Мы быстро... Так… в прилеске погуляем… В чащу уже не пойдем, обещаю."

"Тянет на кровать и, не снимая платья, с видом Александра Македонского сдергивает с меня трусы.

Отдаюсь этому новому удивительному чувству и представляю себя действительно красивой женщиной.

Мечтой бравого спецназовца.

С каким-то тихим восторгом наблюдаю, как Влад стремительно раздевается. Ничего не упускаю. Ни малейшей детали. Мускулатура, короткие светлые волоски, которыми покрыто крепкое тело, возбужденный внушительный член.

Только на шрамы стараюсь не смотреть, чтобы не расстраиваться.

- О-о-ох, - выгибаюсь, когда Отец опускается на меня и сразу же таранит нежные, набухшие от возбуждения лепестки.

Ладно….

Обхватив каменные плечи, по-кошачьи царапаю спину. Постанываю.

- Вот так-то, - Влад хрипит на ухо, вколачиваясь что есть силы. - Хорошая моя ромашка. - Отстраняется, приняв упор на руки, и завороженно глазеет на колышущиеся груди.

Я, смущаясь, собираю их по центру, чтобы смотрелись попристойнее, но Владислав Алексеевич расценивает этот жест по-своему.

- Да-а-а… Посжимай их.

- Влад… - пытаюсь возмутиться.

Смеется.

- Стеснительная какая. - Накрыв мои ладони своими ручищами, помогает.

И трахает. Трахает. Трахает.

По-другому просто не скажешь.

Мощно, грубовато, сокрушительно.

Сочетание фрикций на теле и внутри вызывает оглушительный шторм в голове, не менее впечатляющий прилив влаги между ног и бурное извержение оргазмом. Будто пружина, встроенная в тело, разжимается и улетает куда-то в космос.

- Кончаешь тоже как начальница. Вне очереди.

Он заводит мои руки за голову, крепко-накрепко вжимая запястья в матрас.