Раб лампы

Хотя ни о каком солнце не могло быть и речи — все-таки двенадцать часов ночи, — а задний двор клуба с народным названием «Еремей», в отличие от его парадного входа, освещался только одним полукиловаттным фонарем. Человек вынул из-под куртки моток тонкого троса с металлическим наконечником замысловатой формы на конце — чем-то этот наконечник отдаленно напоминал рыболовный крючок — и, коротко размахнувшись, бросил его вверх. Судя по тонкому свисту и невероятной скорости, с которой трос промелькнул в воздухе, бросок был исполнен прекрасно тренированной рукой, причем с такой силой, что наконечник вошел в кирпичную стену, как в масло.

Человек с силой потянул за трос, проверяя, прочно ли зафиксирован наконечник, легко и бесшумно, как кошка, поднялся по стене и заглянул в окно. Потом уверенными движениями вырезал стекло и проник в коридор.

Здесь никого не было.

Он поднялся по отделанной белым мрамором, зеркалами и позолотой лестнице на второй этаж и прошел по пустынному коридору, застеленному скрадывающей шаги мягкой ковровой дорожкой метров шестидесяти в длину. Здесь было неожиданно тихо и спокойно, по крайней мере, такое ощущение возникало после кутерьмы и звуков ночного разгула, полыхающего в главном зале. Снизу доносились какие-то обрывочные звуки музыки, иногда прорезывался смех и голоса — наверное, тех, кто сидел близко к лестнице.

А тут было тихо. Из номера под цифрой 7 доносились вздохи, стоны, сопение и возня, не оставляя сомнений в том, чем там могли заниматься. Из пятого слышались смех, звон бокалов и женский визг — надо полагать, прелюдия к тому, что уже происходило в седьмом номере.

Взломщик подошел к двери нужного ему номера и потянул на себя ручку двери. Закрыто. Вероятно, предусмотрительный охранник Алексея Николаевича запер ее, чтобы никто не мешал шефу развлекаться. И это даже к лучшему.

Человек прислушался. Ничего нового он не услышал — такая же звуковая гамма, что и в седьмом, только разве что народу участвует больше. Интересно…

Он вынул из внутреннего кармана коробочку с набором миниатюрных отмычек, при помощи которых смог бы открыть и не такой примитивный замок, как тот, что сейчас был перед ним. Этот набор имелся на вооружении еще у специалистов спецназа ГРУ и от обычных урковских инструментов отличался так же, как, скажем, дирижабль от космического «Шаттла».

Открыть дверь удалось приблизительно за семь-восемь секунд. Ночной «гость» тихо приоткрыл ее и проскользнул внутрь, ориентируясь на звуки усилившейся в звучании гаммы на редкость интенсивных сексуальных экзерсисов.

Из маленькой прихожей, на полу которой валялись чей-то пиджак и разорванный надвое черный лифчик, в разные комнаты вели две двери.