Раб лампы

Даже его квартирный хозяин избегает о нем говорить!

Дверь открылась. Голова с двумя печальными крыльями волос вынырнула наружу. Человечек был оживлен, его длинный подбородок шевелился, как будто он что-то жевал. Я превозмогла волнение и выговорила:

— Мне нужно к вам пройти. Я хотела бы поговорить с вами.

Он смотрел на меня и улыбался.

— Вы — моя тетя из Воронежа? — осведомился он.

Он выглядел точно так, как в последнюю нашу встречу. На нем была та же самая одежда: коротковатые, пузырящиеся на коленях старые брюки и грязная серая рубашка с засученными рукавами. Говорил все тем же дребезжащим жиденьким голосом. Но я вдруг почувствовала, что в нем что-то неуловимо изменилось.

Нечто такое, что не определяется словами.

Он улыбался, показывая зубы. Я только сейчас обратила внимание на то, какие у него зубы. Черт побери, очень хорошие зубы, явно искусственного происхождения, потому что были они слишком белыми. Ну и ну, подумала я, этот тип — за свой ли, за чужой ли счет — имеет просто голливудскую улыбку. Как я раньше этого не заметила?

…Неужели киллер — все-таки он? Дурацкий киллер, не заботящийся о конспирации?

Впрочем, легко проверить, в самом ли деле он слабоумный или только притворяется. Конечно, я не институт Сербского в одной отдельно взятой человеческой особи, но тем не менее…

Я вошла в квартиру. Тут все так же пахло затхлостью и все так же был выключен свет.

Свет!

А что, если попробовать включить в этой квартире электрический свет… какой-то другой, помимо того, что теплится в этой дурацкой керосиновой лампе, которую он продолжает держать в руках. Я внимательно взглянула на его руку и вдруг увидела, что на ней не хватает двух пальцев. Отлично… никто не удосужился заметить это до меня. Или никто не придавал этому значения. А теперь очевидно, что для разрешения дела нужно придавать значение не таким масштабным фактам, как чудовищный взрыв в доме Гамлета Маркаряна, а мелочам… Впрочем, обо всем по порядку.

— Да, я ваша тетушка из Воронежа, — осторожно произнесла я, — как поживаете, уважаемый племянник? У вас нездоровый вид. Выпейте вот таблетку.

Я решила действовать напролом.

Он моргал глазами и смотрел на меня, прижимая к груди лампу. Потом сказал:

— Да, у меня болит плечо. А откуда вы знаете? Посмотрите вот здесь. У меня болит плечо. Правое плечо. Наверно, сегодня сырая погода. Давайте я выпью таблетку.

Он безропотно выпил то, что я собиралась чуть ли не силком запихивать в его глотку. Первый раз видела, чтобы человек пил этот препарат по СВОЕЙ воле! Это было средство определенно психотропного действия, которое ломало пороги волевой сопротивляемости и в конечном итоге делало человека, принявшего его, откровенным, как младенец.