Алмазная пыль

Сунув деньги во внутренний карман куртки, он выскочил из офиса и, спустившись в метро, отправился домой. Предупредив брата, что снова уедет на несколько дней, он велел ему готовить документы, сообщив, что деньги уже нашёл и осталось их только забрать, что он и сделает по возвращении. С некоторых пор Николай не доверял и телефонам.

* * *Дружный вердикт психологов чуть не привёл Пашку в состояние затяжной депрессии. Конторские умники утверждали, что его амнезия неизлечима. Услышав эти слова, Пашка бессильно уронил руки и, растерянно посмотрев на сидящего в кресле старика, медленно вышел из камеры пыток, как он называл комплекс кабинетов, где его пытались вывернуть наизнанку.

Внимательно наблюдавший за ним Художник мрачно крякнул и, жестом отпустив умников, медленно поднялся. Следуя за Пашкой на расстоянии, он с мрачным видом рассматривал широкую спину и ссутуленные плечи парня. Ему было жаль этого сироту, на которого судьба регулярно обрушивает удар за ударом, словно решив или окончательно добить, или выковать такую сталь, из которой получится настоящий булат.

Шедший рядом с ним командир охраны, неожиданно подойдя поближе, тихо заговорил:

– Павел Андреевич, я, конечно, не специалист, но, по-моему, эти головастики слишком на парня давят.

– Что ты хочешь этим сказать? – тихо спросил Художник, глядя на него с интересом.

– Думаю, ему просто нужно попасть в знакомую обстановку. Туда, где ему было хорошо.

– Знать бы ещё, где это было? – скептически фыркнул старик.

– Помните, в деле было написано, что он очень летать любил? Может, стоит дать ему остатки его мотоплана, помочь с запчастями, и пусть развлекается. Кто знает, может, пока собирает его, чего и вспомнит. Вы же сами говорили, он в тире аж сиял от счастья.

– А может, это и мысль, – задумчиво отозвался старик. – Кстати, а где эти бренные останки находятся?

– У нас, на базе. Если прикажете, я позвоню, прикажу, чтобы привезли, – с готовностью отозвался штабс-капитан.

– Действуй. А то после таких заявлений как бы он в петлю не полез, – решительно кивнул старик и, прибавив шагу, принялся догонять Пашку.

Войдя в свой номер, Пашка упал на диван лицом вниз и, сжав руками подушку, отвернулся к стене. Без стука войдя в комнату, Художник осторожно присел в кресло и, помолчав, негромко сказал:

– Ты это, слышь, тёзка, не расстраивайся особо. Ещё ничего не кончилось. Ты просто отдохни пока. А чтобы было чем руки занять, я велел тебе твой мотоплан привезти. Ну, точнее то, что от него осталось. Сам понимаешь, дело то было серьёзное. Мастерская у Агафоныча есть, если что из запчастей потребуется, просто охранникам скажешь, привезут. Я распоряжусь. Ты, главное, себя в руках держи.

– А зачем? – неожиданно спросил Пашка. – Вы же слышали, это неизлечимо.