Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

Дети мои взрослые, устроенные, зачем я им нужен? Имущество делить с ними я не буду, оставлю все, так чего же мне бояться, скажи на милость? Я почти старик, прожил пустую, тоскливую, безлюбую жизнь, и вдруг мне улыбнулось такое счастье! И ты думаешь, я теперь убоюсь какого-то скандала?

Он говорил так убедительно, так по-преподавательски логично и проникновенно, что хотелось ему поверить, наплевать на все и поверить. Ну а вдруг? Вдруг он и в самом деле решится на этот шаг? Но что-то мешало мне поверить. И он это видел.

– Я понимаю, ты однажды обожглась и теперь дуешь на воду. Но ведь прошло двадцать лет, выросла девочка, прелестная, красивая, умная, моя дочь. Ты думаешь, это мало для меня значит?

– Ладно, Марат, давай сделаем так – ты по приезде не заявляй с места в карьер о своем решении, подожди, поживи дома, подумай, прикинь все как следует, а то если ты сразу скажешь, надо сразу и уходить, а куда ты денешься, пока меня нет? Поэтому, если к моему приезду ты своего решения не изменишь, то жди меня ночью в Шереметьеве. Кстати, я могу рассчитывать, что ты в любом случае меня встретишь? Не хотелось бы там куковать до утра.

– Любимая моя, никакого любого случая не будет и быть не может, я тебя встречу, и мы поедем домой. К нам домой. А в твоем совете не говорить об этом сразу есть свой резон. Я только не уверен, что смогу часто тебе звонить, ты это понимаешь?

– Понимаю. Но ты действительно меня в любом случае встретишь?

– Ну неужели я брошу мою девочку ночью в аэропорту с вещами?

Я посмотрела ему в глаза. Глаза были такие честные, любящие, красивые. Как не поверить им?

Этой ночью мы почти не спали. После бурных ласк долго еще лежали обнявшись, словно боялись, что стоит нам отдалиться друг от друга хоть на сантиметр, и это расстояние превратится в неодолимую пропасть.

– Любовь моя, ты плачешь?

– Нет, с чего ты взял?

– А у тебя все лицо мокрое и соленое. Не надо, прошу тебя, не плачь, все у нас будет хорошо, не может быть, чтобы судьба не вознаградила нас за то, что мы двадцать лет берегли нашу любовь.

– Ты и вправду думаешь, что любил меня?

– Разве ты сама не видишь?

– Но ведь ты это понял только здесь, когда мы встретились, да?

– Нет, я уже говорил тебе, что просто…

– Просто отсек меня за ненадобностью.

– Отсек? Откуда ты знаешь это выражение, я, кажется, ни разу его не употребил?

– От Воли. Он мне еще тогда сказал, что ты меня отсек.

– Ах, все не так, все не то… Я полюбил тебя с первой минуты, с первого взгляда, но никак не мог поверить, что и ты полюбила меня, мне казалось, не может такая молодая и красивая полюбить меня. Я грешным делом думал – тебе от меня что-то нужно, может, ты хочешь выйти за меня замуж, чтобы стать профессорской женой…

– Боже, какой идиот!

– Да, полный и беспросветный идиот, приходится признать.