Путешественница

Думай, что делаешь: может начаться кровная вражда!

Джейми лукаво глядел на сестру. Я видела, насколько они похожи, причем и внешне, и по характеру.

— Я думаю, что неплохо было бы позавтракать для начала, — смиренно протянул он. — Или надеешься, что я оголодаю и тогда могу прятаться в любой лаллиброхской щели, пока здесь будет ее братец?

Дженни молчала, борясь с раздражением. Тонкие ноздри раздувались, но полноватая нижняя губка уже растягивалась в улыбке. Так заканчивались почти все семейные сцены между Фрэзерами: долгие препирательства сменялись шутками.

— Да, ты прав, пожалуй. Если бы можно было припрятать тебя где-нибудь в церкви, но я не дотащу тебя туда.

— Делай что хочешь. Только не трогайте мой турецкий ковер, пожалуйста. Договорились?

— Ну разумеется, сестренка. Я заверну его труп во что-нибудь другое.

— Дурак, — незлобиво сообщила она. — Джанет принесет тебе кашу.

Зашуршали многочисленные юбки, и она исчезла.

— Эуон седлает Донаса? — вспомнила я. — Да ну, этого не может быть. Неужели это тот Донас, которого ты привез из Леоха?

— Англичаночка, успокойся. Это внук того Донаса. Когда он околел, мы стали называть всех гнедых в его честь.

Я подошла к нему, с тем чтобы осмотреть руку.

— Здесь больно? — Я видела, что он морщится, если пощупать руку выше раны.

Да, хвала волшебному пенициллину: краснота сходила на глазах, а еще вчера больно было касаться и других участков кожи.

— Так, более-менее. — Джейми пытался выпрямить руку. — Ничего, но на голову встать не смогу.

Я улыбнулась такой оценке собственного состояния.

— Да и не нужно, знай стой себе твердо на ногах. А… Хобарт точно не…

— Точнее некуда. Я уверен, — заверил он. — Но позавтракать следует в любом случае. Вдруг это будет мой последний прием пищи?

Джейми никогда не терял присутствия духа. Я любила его и за это.

— Ладно, раз Джанет не идет, схожу сама. — Успокоившись, я вышла в холл. Чьи-то шаги за окном заставили меня остановиться.

Дженни шла к сараю на холме, надвинув на голову капюшон. Мы могли спокойно поговорить с глазу на глаз, уединившись ото всех. Нельзя было упускать такую возможность — когда я еще застану Дженни Мюррей одну? Схватив плащ, я бросилась вслед за ней.

Она уже взялась за дверцу сарая, когда я запыхтела сзади. Дженни услышала, что кто-то догнал ее, поняла, зачем я пришла, выпрямилась и взглянула на меня. Она была готова говорить со мной.

— Нужно предупредить младшего Эуона, чтобы расседлал лошадь. И достать лук из погреба. Идем?

Ветер пронзал насквозь, и я укуталась поплотнее. Мы вошли в теплую конюшню. Здесь царил полумрак и доносился запах, какой обычно исходит от лошадей, смешивавшийся с запахом сена и навоза.