Путешественница

Он шел по Королевской Миле вплоть до самого Холируда, но никто не мог сказать, появлялся ли здесь человек с косичкой. Дойдя до Пушечных ворот, Эуон подумал, что его поиски тщетны, как тут увидел того, кого искал, в холирудском заведении при пивоварне.

Судя по всему, таинственный незнакомец отдыхал здесь, потому что говорил и пил пиво. Эуон спрятался за коновязью и видел, как моряк расплатился и ушел.

— И он больше не пошел ни в один трактир. — Парень возбужденно рассказывал о своих приключениях, попивая молоко и утирая молочные усы. — Он потом сразу пошел в тупик Карфакс.

Джейми забормотал гэльские проклятия.

— Дальше он увидел, что печатня закрыта и дверь на замке. Я не спускал с него глаз: он взглянул на крышу, а потом оглянулся на прохожих. Людей было много, а в особенности тех, кто шастал в шоколадную лавку. Он не мог влезть в окошко незаметно. Тогда моряк потоптался на крыльце и вышел из тупика. Я спрятался в швейной мастерской и следил за ним оттуда.

Эуон подробно излагал, как странный моряк остановился у входа в тупик, потом свернул направо и скрылся в проулке.

— Мне было известно, что там ведь лазейка вела на задний двор, так что легко было сообразить, чего он хочет.

— Речь о хозяйственном дворике, он в задней части тупика, — просветил меня Джейми. — Наша печатня тоже выходит туда, как и другие черные лестницы.

Эуон съел хлеб и теперь совершенно освободил руки и рот.

— Да, дядя Джейми. Именно об этом я и подумал. А ведь у нас новые памфлеты — их нужно было спасать.

Лицо Джейми залила бледность.

— Какие памфлеты? — Это слово заинтересовало Эуона-старшего, и он решил уточнить, о чем говорит зять.

— Памфлеты для мистера Гейджа, — отозвался мальчик.

Это все равно не прояснило смысла его слов, и Джейми прямо сказал:

— Я печатаю политические памфлеты. Эти доказывают необходимость отменить последний закон о гербовом сборе и содержат призыв к гражданскому неповиновению, включая право на насилие. Новая печатная продукция, пять тысяч экземпляров. Тираж был сложен стопками в задней комнате. Я ждал Гейджа утром, он должен был забрать.

— Господи боже мой! — Эуон был бледен еще больше, чем Джейми. Он в ужасе спросил: — Ты спятил, а, Джейми? Тебя только помиловали, чернила еще мокрые, и вся спина в шрамах, а ты опять якшаешься с этими бунтарями, с Гейджем и его компанией! И втягиваешь в это опасное дело Эуона!

Эуон-старший, не сдерживаясь, вскочил, размахивая руками.

— Джейми, что ты делаешь, опомнись! Вспомни, сколько мы натерпелись от тебя. Война, потом тюрьма… Боже, я думал, что все уже позади, что ты сыт этим по горло. Как ты можешь?..

— Прекрати! Я не являюсь членом группы Гейджа. Я просто печатаю для них то, что просят, — я печатник и зарабатываю на хлеб типографской краской.