Путешественница

— Ах так… Понимаю… — Джейми не стал делиться с нами своими соображениями, а сразу спросил племянника: — Вы обошли пять… и что дальше?

Паренек потупился, тяжело сглатывая слюну перед последующим раскаянием.

— Вы же знаете, сколько идти от Керса до Эдинбурга. Оно и понятно, что я захотел промочить горло…

Эуон-старший и Джейми понимающе переглянулись.

— Ты перебрал меру, — добродушно закончил за мальчика его дядя.

— Но я ведь не знал, сколько мне придется мерить ногами! — горячо вскричал Эуон, краснея.

— Мы не виним тебя, мой мальчик. — Джейми не спешил с упреками. — Скажи только, когда ты отстал от того человека?

До середины Королевской Мили Эуон сопровождал моряка, но потом отстал в одном из трактиров. Его свалили эль и усталость, и он уснул в каком-то углу, проспав около часа. Разумеется, этого времени вполне хватило, чтобы моряк бесследно исчез. Мальчик пустился на розыски.

— Я и пошел сюда, подумав, что застану дядю Джейми здесь. Но я не застал его…

Говоря это, он украдкой бросил на меня взгляд и снова покраснел.

— Ты хотел найти дядю Джейми здесь? — вскипел его отец.

Старший Эуон не стал более сдерживаться, хотя и доселе управлял своими эмоциями, не давая им овладеть разумом. Он уничтожил взглядом вначале сына, а затем принялся за зятя:

— Джейми Фрэзер, грязный распутник! Какого черта Эуон делает здесь, среди пьяного разгула? Какого черта ты…

— Отец, ты не имеешь права так говорить! Твое рыльце тоже в пушку!

Мальчик рывком поднялся, пошатываясь, и невольно вытянул худенькие руки со сжатыми кулаками.

— Мое? Да что ты несешь, щенок? — Эуон решительно перестал себя контролировать.

— Да то, что ты подличаешь перед своими детьми! — бросил в лицо обвинение отцу Эуон. — Мне и Майклу ты рассказываешь сладенькие сказочки о том, что нужно жить с одной женщиной, а в это время таскаешься по городу за блудными девками! Это называется хранить верность?!

От гнева Эуон-старший покраснел как рак. Он набрал воздуха в грудь и уже был готов разразиться тирадой, как сын и впрямь повторил:

— Папа, ты подло лицемеришь!

Мальчишка был явно горд собой. Ему очень хотелось выдумать еще что-нибудь посильнее, но на много его не хватило: он отрыгнул и замолчал. Джейми, казалось, забавлялся, слушая перепалку отца и сына.

— Он хорошо принял на грудь, — обратила я его внимание.

Джейми взглянул на графин. Портера было на донышке, да и стакан юнца давно был пуст.

— Да, правда. Если бы не пожар и все остальное, я давно обратил бы внимание.

Эуон-старший тоже был багрово-красного цвета, как и сын, но причиной тому служил не выпитый алкоголь, а гнев, обуявший его.

— Щенок, что ты мелешь своим поганым языком? — Он пошел на мальца с кулаками. Тот попятился от разгневанного папеньки и наткнулся на кушетку.