Путешественница

Джейми спрятал улыбку, загнав ее в уголки рта.

— Мне и сейчас неизвестно. И все же…

— И все же это происходит каждый раз, когда мы вместе, правда? — Улыбка снова расцвела на его губах.

Да, это была правда. Как человек инстинктивно чувствует бомбу подле себя, так я чувствовала Джейми — властно и сильно. Но на сей раз это было по-другому: нас связывала Бри, и мы говорили о ней ночью, чтобы вызвать ее образ, присоединить также и ее к себе. Но утреннее пробуждение внесло что-то новое в наши отношения.

— Брианна тому ли причиной?

Джейми сжал мою руку.

— Ты думаешь, что мы спим, потому что у нас общий ребенок? — Он нахмурился. — Нет, этого было бы слишком мало. — Джейми поспешил исправиться: — То есть я не хочу сказать… что я не признателен тебе.

Он пристально взглянул мне в лицо. Я увидела, как на кончиках его ресниц вспыхивают маленькие солнышки, по одному на каждой — это встающее солнце бросало свой свет.

— Дело в том, что я хотел бы непрестанно смотреть на тебя, англичаночка. Это захватывающее занятие — видеть, какой ты стала, и вспоминать, какой была. Глядеть на линии подбородка, например. И на всякие другие. — Джейми положил руку мне на затылок и стал водить свободным пальцем по мочке уха. — Ушей, к примеру. Они такие же, как и были. Или вот волосы. Моя каштановая головка — mo nighean donn.

Он говорил очень тихо, гладя мои локоны.

— Ну, уже не вся каштановая.

Возраст давал о себе знать, и, хотя я еще не поседела, волосы уже постепенно меняли свой цвет, становясь светлее, золотистее, теряя насыщенный темный пигмент; местами сверкали серебряные нитки.

— Это похоже на бук: идет дождь, и капли катятся на кору, пробегая по листьям. — Он провел по волосам сверху вниз. Удивительное сравнение. Как и все в Джейми.

Я коснулась его бедра и не смогла не провести по шраму.

— Я совершила фатальную ошибку, когда ушла, — сдавленно промолвила я. — Бросить тебя на верную смерть… Я все время думала об этом, и мне было очень стыдно и горько.

И мой поступок, и мысли о нем были ужасными.

— Я очень старался, чтобы меня убили. Но, как видишь, этого не произошло, хоть я и старался изо всех сил. — Джейми ухмыльнулся, говоря об этом периоде своей жизни с юмором. Я попыталась улыбнуться, понимая, что на самом деле это бравада, что за ухмылкой прячется перегоревшая горечь и боль. — Что ж, видимо, я плохо старался. — Он оглядел шрам будто бесстрастный врач или будто этот шрам был на теле кого-то другого. — Тот англичанин тоже очень старался, идя в штыковую атаку.

Теперь была моя очередь пристально изучать след на его бедре.

— Да, англичаночка. Распорол штыком. Потом там начал скапливаться гной.

— Да, это было написано в журнале лорда Мелтона. Отправив тебя домой тогда, он написал, что ты не выживешь и умрешь по дороге.