Путешественница

Бри была одета в платье производства все той же Джессики Гуттенберг — ярко-зеленое, цвета спелого лайма, расшитое блестящими камешками. Я онемела.

— Оно тебе не к лицу! — Платье очень шло Брианне, но я попыталась как-то воздействовать на нее, чтобы вконец не растеряться и оставить за собой право выбора.

— Мама, больше у них не было одежды в стиле ретро. То есть не было моего размера. Это единственный шестнадцатый, который нам удалось найти. — Бри отвечала так спокойно, будто ждала вопроса и заранее готовила ответ.

— Наверное, мы принесли неплохую прибыль госпоже Гуттенберг… Продавщица очень рада процентам с продаж? — Я понимала, что так не может долго продолжаться, и строго спросила напрямик: — Бри, зачем ты здесь?

Я уже могла что-то соображать, оправившись от изумления.

— Провожаю. — Она слегка улыбнулась.

Невеселый Роджер, заметив мой взгляд, развел руками, будто говоря: «От меня ничего не зависело, я не смог ее остановить».

— Интересно. Ну пусть будет так.

Брианна касалась камня, в несколько раз превышающего ее рост. Он был треснувший; образовавшаяся трещина, шириной с фут, пропускала солнечный свет, освещая траву, растущую возле каменного круга.

Дочь не стала больше ждать.

— Иди. Иначе в круг войду я.

— Бри! — Я не находила слов. — Ты в себе?

Она отошла от камня, еще раз взглянув на него. Платье давало зеленоватый отблеск, делая ее лицо бледным и осунувшимся. Или она правда была бледна?

— Я знаю, что я смогу. У меня получится, понимаешь? Я слышала камни, сквозь которые прошла Джейлис Дункан. И Роджер их слышал.

Брианна просительно посмотрела на парня, а потом перевела глаза на меня. В них светилась решимость.

— Возможно, я не найду Джейми Фрэзера. Наверное, это под силу только тебе. Но если ты боишься, тогда пойду я.

Ошарашенная, я молчала.

— Мама, пойми, ему нужно узнать об этом. Узнать о нас, узнать, что он сделал это.

Она почти плакала, но стиснула губы.

— Он должен знать. Знать, что я родилась. Кому-то нужно известить его. Это будет правильно. — Дочь провела рукой по моему лицу.

— Бри, дорогая… — Я не знала, что говорить, да и я едва могла говорить от душивших меня слез. — Бри… Ох, Бри!

Брианна стиснула мне ладони.

— Я живу благодаря ему. — Она шептала. — И он не знает об этом. Но теперь ты будешь с ним, ты расскажешь ему. Так нужно, ты должна вернуться. Я должна вернуть тебя. — Ее красивые глаза, глаза Джейми, наполнились слезами. — Поцелуй папу за меня, вот так, крепко.

Бри коснулась моих губ долгим поцелуем. Ее губы были солоны от слез, катившихся по щекам. Потом она оттолкнула меня, указав в сторону круга.

— Пора. — Ее голос срывался. — Мама, пора, иди же! Я люблю тебя. — Последние слова были почти не слышны из-за всхлипываний.