Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

Поэтому обратимся к… хм… Кали.

– Уверен, – перебил ее Владимир и, выхватив кортик, вонзил его себе в ладонь, легко пробив насквозь. – Кали не слышит слов. Но она слышит кровь. Если завтра эта рана исчезнет, то мы будем уверены – она благосклонно приняла нашу просьбу.

Зинаида дико расширенными глазами смотрела на то, как с острия кортика медленно капает кровь этого мужчины… Владимир же знал, что, воспользовавшись порталом и отоспавшись в XXI веке, уже утром будет щеголять абсолютно здоровой рукой. Чего вполне хватит для формирования искомого дракона, уничтожающего дурные мистические убеждения этой женщины.

Пауза затянулась, и Ульянов резким движением извлек кортик из руки. Княгиня вздрогнула и, сорвав шелковый шарф с шеи, бросилась ему перевязывать ладонь.

– Но откуда вы это знаете? – наконец спросила она, с интересом заглядывая в глаза.

– Оттуда же, откуда и места захоронения древних кладов. Впрочем, кому много дано, с того и много спросится, Зинаида Николаевна, – чуть вздохнув, ответил Владимир. – Но мне пора. Я не хочу вас компрометировать своим излишне долгим присутствием. Но знайте, по завершении траура я приду просить вашей руки. Потому как не мыслю свою жизнь без вас. И даже если вы откажете…

– Владимир Ильич, – перебила его Зинаида Николаевна и, улыбнувшись, произнесла: – Я не сказала «нет». Я буду ждать.

Владимир Ильич Ульянов при параде в своем свитском мундире флигель-адъютанта да при орденах направился в Зимний дворец на аудиенцию. Однако по пути требовалось заехать к Зинаиде Николаевне, чтобы вернуть шарф и продемонстрировать руку. Эффект превзошел все его ожидания – на нее больно было смотреть! Ведь вчера вечером она посчитала происходящее небольшим, милым шапито для ее успокоения. Но теперь…

– Боже правый! – ахнула княгиня, не верящим взглядом глядя на руку. – Как же это возможно? Боже! Владимир Ильич, неужели вы продали свою душу ради того, чтобы избавить меня от проклятья?!

– Продал бы, не задумываясь, – серьезно сказал Владимир. – Но в этом случае подобного не понадобилось. Я просто угостил Кали этой несчастной ведьмой. Та была так близка к исполнению своего плана и натворила столько зла, что пришлась древней Богини по вкусу. За что в благодарность мне исцелили руку.

– Но вы пустили свою кровь!

– Только для того, чтобы меня услышали.

– И с вами теперь ничего не случится? – спросила она с искренним беспокойством в глазах.

– Главное – не я, а вы.

– Володя! – вырвалось у нее «неуставное» обращение. – Не смей так говорить! – Причем в порыве эмоций она шагнула слишком близко к нему и практически обняла. Еще бы чуть-чуть – и они прижались.

– Мой ангел… – ответил Владимир и улыбнулся со всей нежностью, на которую только был способен. – Мне пора идти.