Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

Видя, что ничего не выходит, они решили усугубить обстоятельства, зная, что я буду мстить вашим обидчикам.

– Оставьте, Владимир Ильич. К чему все это? Тем более что они и так уже мертвы.

– Известные вам люди – всего лишь исполнители, которых отравили, чтобы замести следы.

– Вот как? – заинтересованно произнесла Зинаида Николаевна. – И кто же те, кто ответственен за тот ужас, что мне пришлось пережить?

– Foreign-office. И направлен он был не против вас или меня непосредственно, а против России. Мы выступали в роли жертвы.

– Невероятно… – покачала она головой. – Впрочем, это не важно. Они слишком сильны…

– А я – достаточно упорен и методичен. Если понадобится тридцать лет, чтобы отомстить, я сделаю это.

– Но зачем вам это? Я прощаю их. Погибло слишком много людей…

– Потому что я вас люблю и никому не позволю обижать.

– Вы серьезно? – после минутной паузы произнесла она, взволнованно глядя на Ульянова.

– Да. Вы мой ангел, Зинаида Николаевна. И я никому и никогда не прощу обиду, которую они причинили вам. Нам. Они знали о моих чувствах и постарались спекулировать ими. Шантажировать тем, что мне дороже всего на свете…

– Владимир Ильич… я… я не знаю, что на это сказать.

– Ничего не нужно говорить. Я все понимаю. Просто я хочу, чтобы вы знали – никто не посмеет вас безнаказанно обижать…

– Нет! Нет! Вы не понимаете! – воскликнула она. – На мне, на моем роде лежит проклятье! Жуткое древнее проклятье, которое год за годом, поколение за поколением собирает свои жертвы. Я не хочу потерять еще и вас… Они ведь все верно рассчитали. Я не могла бы прогнать вас или отвернуться. Это выше моих сил…

– Что мне сделать, чтобы вы поверили в мои силы?

– При чем тут это? – тяжело вздохнув, произнесла княгиня. – Проклятье силой не побороть…

Владимир посмотрел ей в глаза и задумался. А ведь она верит, воспринимая слишком серьезно весь этот вздор. Поэтому сломать эту мистическую феерию можно было только по схеме Шварца. То есть, чтобы победить дракона, нужно завести собственного.

– Ведьма, что наложила на ваш род проклятье, – начал Ульянов после излишне затянувшейся паузы, – принесла в жертву свою душу, которая преследует вашу семью по пятам. Феликсу Феликсовичу на ушко шептали не только эти злодеи из Адмиралтейства, но и она, усиливая их слова и раскачивая его психику, здоровье. Ничего особенно непреодолимого в таком проклятье нет.

– Вы говорите так, словно твердо знаете… – прищурилась Зинаида Николаевна.

– У каждого своя миссия в этом мире. Я пришел, дабы снять проклятье с России. Поверьте, вот там настоящая проблема из чудовищного переплетения первородного ужаса. А ваша беда решается относительно легко.

– Так решите ее! – всплеснула руками она.

– Всепрощающий наш Иисус Христос не помогает в таких делах.