Иным путем

Охраняя их императорских величеств и высочеств по обеим сторонам дороги, на вороных конях шагом ехали терские казаки из лейб-гвардии императорского конвоя в алых чекменях.

– Государь император… Сам… Члены царской семьи тоже прибыли с ним… – зашептали при этом зрелище в толпе бомонда. – Он вместе с ЭТИМИ приехал… Ну, в общем, с ТЕМИ, которые ОТТУДА…

Все присутствующие сразу же поняли, о ком именно шла речь. Слухи о людях, прибывших с Дальнего Востока, будоражили умы питерского высшего общества, вызывая в нем одновременно чувство восторга и ужаса…

Машины остановились прямо напротив того места, где сорок дней назад был убит император Николай II. «Пятнистые» ловко спрыгнули с броневика, а казаки конвоя спешились. Командир «пятнистых» открыл дверцу первого авто, помогая выйти императору. Следом за Михаилом II из машин вышла вдовствующая императрица Мария Федоровна, его сестра, великая княгиня Ксения, и ее супруг и троюродный дядя прошлого и нынешнего императоров, великий князь Александр Михайлович."

"Великая княгиня Ольга все еще находилась на Дальнем Востоке, а вдова убитого злодеями императора Николая, вдовствующая императрица Александра Федоровна, отсутствовала на церемонии по причине плохого самочувствия. Несчастная женщина все еще никак не могла прийти в себя после всего произошедшего и временами находилась на грани помешательства. Порой ей казалось, что ее Ники только что вышел и вот-вот должен вернуться.

Великий князь Сергей Александрович, как губернатор Петербурга, уже находился на месте траурной церемонии вместе с митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Антонием.

Вместе с членами императорской семьи на место закладки часовни прибыли и двое из ТЕХ САМЫХ участников событий «Третьего первого марта». Чуть позади и в стороне от императора питерский бомонд разглядел аккуратно подстриженную седую бородку Александра Тамбовцева, главы ГУГБ, уже получившего зловещее прозвище «Тайной канцелярии».

Выйдя из машины, император направился к представителям дипломатического корпуса. Ему предстояло выслушивать изъявления сочувствия от своего дяди, кронпринца Фредерика, германского посла и дежурные речи от всех прочих дипломатических персон. Потом митрополит Антоний начал саму церемонию закладки часовни. Освятив место, где она будет построена – архитектор Шехтель клялся, что ее сделают до конца этого года, – митрополит отслужил панихиду по душам императора и всех лиц, погибших здесь от рук злодеев. «Во блаженном успении вечный покой подаждь, Господи, усопшему рабу Николаю и всем убиенным с ним, и сотвори им вечную память!» – после этих последних слов митрополита небольшой хор пропел трижды: «Вечная память».