Иным путем

Но они были тут же задержаны, погружены в черные кареты с зарешеченными окнами – остряки уже успели окрестить их «черными воронками» – и отправлены для беседы в «Новую Голландию».

Мало-помалу гости собирались, приветливо раскланиваясь друг с другом. И немудрено – представители петербургского бомонда прекрасно знали друг друга. Здесь были сановники, министры, генералы, а также титулованная знать, постоянно проживающая в столице империи.

Дипломатический корпус, присутствующий на мероприятии, возглавлял один из старейших его членов, посол Германской империи, главного союзника России по Континентальному Альянсу, граф Альвенслебен, несмотря на печальный повод для предстоящей церемонии, выглядевший весьма довольным. Он получил известие о победе русско-германской эскадры над британцами у Формозы и гордился ею, словно он сам принял в ней участие. На закате своей дипломатической карьеры пламенный сторонник союза между Россией и Германией был счастлив – исполнились его самые заветные мечты.

Рядом с ним, в первом ряду, стоял и наследник датского престола, кронпринц Фредерик. Все помнили, что погибший русский император был внуком датского короля и племянником кронпринца.

За их спинами стояли дипломатические представители европейских стран помельче, которые вполголоса, но довольно оживленно обсуждали отсутствие послов Британии и Франции. Британский посол отсутствовал по причине разрыва дипломатических отношений между Россией и Англией. Кровавый след, оставленный британскими спецслужбами в покушении на российского монарха, еще долго будет омрачать отношения между двумя этими странами. Что же касается французского посла месье Мориса Бомпара, то он сказался больным и не приехал на церемонию закладки часовни. Правда, дело было не в его плохом самочувствии, а в том, что люди из ведомства господина Тамбовцева намекнули французскому дипломату, что его присутствие на Большой Морской будет считаться крайне нежелательным.

И вот, наконец, собравшиеся заволновались при виде приближающегося императорского кортежа. Со стороны Невского в сторону Кирпичного переулка первой двигалась большая восьмиколесная бронемашина с маленькой конической башенкой наверху, из которой торчал тонкий ствол большого пулемета или скорострельной пушки. Прямо поверх машины, как мужики на телеге, уперев в бока короткие карабины с изогнутым магазином, сидело с десяток бойцов весьма грозного вида.

Следом за броневиком медленно двигались два угловатых приземистых авто поменьше и на четырех колесах. Замыкали процессию несколько карет дворцового ведомства.