Анжелика. Путь в Версаль

Ей казалось, она сейчас лишится сознания.

– Больше не могу, – прошептала она, чтобы передохнуть. – Но ведь надо действовать быстро… быстро…

– Подожди, позади нас фонари. Какие-то всадники направляются в Париж. Попросим подвезти нас.

И Полька отважно встала посреди дороги. Когда всадники поравнялись с ними, она крикнула своим сиплым голосом, в котором появились ласкающие нотки:

– Эй, галантные господа! Сжальтесь над двумя бедными девушками, попавшими в беду. Мы сумеем отблагодарить вас.

Всадники придержали коней. В темноте можно было различить только их накидки с поднятыми воротниками и промокшие шляпы. К Анжелике протянулась рука, и молодой голос по-французски сказал:

– Садитесь, красавица!

Крепко подхватив женщину, всадник боком посадил ее позади себя. Лошади тронулись.

Полька смеялась. Поняв, что ее попутчик иностранец, она принялась обмениваться с ним любезностями на корявом немецком языке, который выучила на полях сражений.

Не оборачиваясь, спутник Анжелики сказал:

– Прижмитесь ко мне покрепче, девушка. У моего скакуна резкий шаг, а седло узкое. Вы рискуете упасть.

Она подчинилась и обвила руками молодого человека, сомкнув на теплой груди замерзшие ладони. От этого тепла ей стало лучше. Уронив голову на крепкую спину незнакомца, она наслаждалась коротким отдыхом.

Теперь, когда она знала, что делать, ей стало спокойней. Из разговора всадников она поняла, что это гугеноты, возвращавшиеся из храма в Шарантоне.

Вскоре они въехали в Париж. Спутник Анжелики заплатил за нее пошлину у ворот Сент-Антуан.

– Куда вас доставить, красавица? – спросил он, на сей раз повернувшись, чтобы разглядеть ее лицо.

Она стряхнула навалившееся оцепенение:

– Не хотелось бы злоупотреблять вашим временем, сударь, но вы очень обяжете меня, если подвезете в Шатле.

– Анжелика! – закричала Полька. – Ты делаешь глупость. Одумайся!

– Оставь меня… И дай твой кошелек. Он мне еще может понадобиться.

– Ну что же, как хочешь, – пожав плечами, пробормотала Полька.

Она спрыгнула на землю и на дурном немецком рассыпалась в благодарностях своему кавалеру, который оказался не немцем, а голландцем и выглядел одновременно очарованным и смущенным этой веселой сердечностью.

Второй всадник в знак прощания приподнял шляпу и пустил лошадь в галоп по широкой и пустой улице Фобур-Сент-Антуан. Спустя несколько минут он остановился перед тюрьмой Шатле, которую Анжелика покинула всего несколько часов назад.

Она сошла с лошади. Большие факелы, укрепленные под сводом главных ворот крепости, освещали площадь. В их красноватом свете Анжелика лучше разглядела своего предупредительного попутчика. Это был молодой человек лет двадцати – двадцати пяти, одетый удобно, но просто, как буржуа.