Анжелика. Путь в Версаль

Не много сохранилось писем, подтверждающих эту душевную привязанность, ибо ни та ни другая не выставляли напоказ глубокие чувства, возникшие между ними с первой встречи. Обе принадлежали к типу женщин, привлекающих мужчин – в значительной степени неосознанно – естественным очарованием, в котором сочетаются красота тела, сердца и ума. Они могли бы стать врагами, но так случилось, что обе обрели ту женскую дружбу, которая длится всю жизнь.

Анжелика, вынужденная вести ожесточенную борьбу за выживание, смогла оценить в Нинон откровенность, мужество и простоту, столь редкие у представительниц слабого пола. Эти качества делали из куртизанки «честного человека». А Нинон, со своей стороны, тотчас поняла, что она необходима Анжелике, чтобы подняться по социальной лестнице. И Нинон наилучшим образом сыграла свою роль, руководя новой подругой, давая ей советы, знакомя со всеми посетителями своего салона.

– В моей дружбе к вам выражается то лучшее, что во мне есть, – сказала она однажды Анжелике, чтобы у той не оставалось никаких сомнений. – Моя дружба полна преданности, нежности и кротости, которых нет в любви. Я дарю вам ее от всего сердца, и только от вас зависит, чтобы она сохранилась до конца наших дней.

Нинон лучше других ценила прелесть чувственной жизни, и ей нравилось приобщать к ней натуры чуткие и восприимчивые. Она подталкивала подругу выбрать знатного любовника. Но Анжелика отказывалась. Ее материальное положение было прочным, и она полагала, что любовные связи не обеспечивают подлинного уважения. Общество Святых Даров, тайная и всевластная организация, бдела повсюду, вплоть до ступеней трона. Благочестивцы встречались повсеместно. И в той игре, которую она вела, Анжелика искала у них поддержки, пользуясь своей безупречной репутацией, но вместе с тем она сохраняла связи и с вольнодумцами, разделяя их веселость и любовь к праздникам.

– Ну так выберите любовника для удовольствия, – вновь подавала совет Нинон. – Не пытайтесь меня убедить, что вас не влечет любовь.

Анжелика отговаривалась, что ей некогда об этом думать. Ее саму удивляло безразличие своего тела. Казалось, что из-за постоянной работы и нагромождения бесконечных проектов из ее головы начисто исчезла самая естественная потребность. Когда по вечерам, полумертвая от усталости, она падала на постель, закончив день игрой в прятки с сыновьями, у нее оставалось лишь одно желание – быстрее уснуть, чтобы набраться сил для забот завтрашнего дня.

Она никогда не скучала, а для праздной женщины любовь часто служит средством развлечения.