Анжелика. Путь в Версаль

Цветочница попросила помочь, потому что близилось рождение королевского наследника и дамы были перегружены работой.

Как-то ноябрьским днем, когда они сидели на Новом мосту, зазвонили часы на башне королевского дворца. Кузнец на башне «Самаритянка» схватился за свой молот, а вдали, в Бастилии, раздались глухие пушечные выстрелы.

Горожане пришли в восторг:

– Королева родила! Королева родила!

Публика, затаив дыхание, прислушивалась и считала:

– Двадцать, двадцать один… двадцать два…

Когда раздался двадцать третий выстрел, все кинулись друг к другу. Кто-то говорил, что это двадцать пятый, другие – что двадцать второй. Оптимисты опережали события, пессимисты тормозили их. А колокольный перезвон и пушечные выстрелы продолжали сыпаться на обезумевший Париж. Сомнений не было: МАЛЬЧИК!

– Дофин! Дофин! Да здравствует дофин! Да здравствует королева! Да здравствует король!

Горожане бросились обниматься. Новый мост огласился песнями. Образовались хороводы. Лавки и мастерские распахнули ставни. Фонтаном хлынули струи вина. За накрытыми королевской челядью на улицах столами все лакомились пирожными и вареньем. Вечером был великолепный фейерверк.

Когда королева вернулась из Фонтенбло и вновь поселилась в Лувре с королевским отпрыском, все парижские гильдии стали готовить поздравления. Мамаша Маржолен сказала Анжелике, к которой привязалась:

– Ты тоже пойдешь. Это не принято, но я скажу, что ты ученица и я взяла тебя, чтобы нести корзины. Тебе понравится, еще бы! Посмотришь королевское жилище, этот прекрасный дворец Лувр. Комнаты там огромные, а потолки в них выше, чем в церкви!

Анжелика не посмела отказаться. Добрая женщина оказала ей большую честь.

Впрочем, не признаваясь даже самой себе, она была встревожена тем, что вновь окажется в тех местах, которые стали свидетелями стольких событий и драм ее жизни. Увидит ли Анжелика Великую Мадемуазель с полными радостных слез глазами? Заносчивую графиню де Суассон? Искрящегося остроумием де Лозена? Угрюмого де Гиша? Де Варда? Кто из этих знатных дам и господ разглядит среди торговок женщину, которая некогда, в прекрасных платьях, с горящим взором, бежала по коридорам Лувра в сопровождении своего невозмутимого мавра, металась от одного к другому, то взволнованная, то умоляющая, требуя невозможной милости по отношению к заранее обреченному супругу?..

В назначенный день она оказалась во дворе Лувра, где слышались звучные голоса и шорох накрахмаленных юбок цветочниц и торговок фруктами с Нового моста и торговок сельдью с Центрального рынка.

Совсем скоро корзины с цветами и фруктами и бочки сельдей выставят в ряд перед монсеньором дофином, который будет касаться своей ручонкой нежных роз, сияющих апельсинов и прекрасных серебристых рыб.