Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

Может, сэнсэй и стар, но ведь он — сохэй, один из свирепых воинов Энрякудзи, который в давние времена был самым могущественным буддийским монастырем Японии. Говорили, что боевой дух его монахов был так силен, что они могли убить человека, не прикасаясь к нему.

Сэнсэй Ямада хлопнул в ладоши и крикнул:

— Мокусо!

Началась медитация. Ученики размышляли над коаном: «Это бумага, а что еще?»

Джек устроился на дзабутоне и приготовился к дзад-зэн. Прикрыв глаза, он стал дышать медленнее и освободил ум от мыслей.

Джек вырос в христианской стране, поэтому никогда не слышал ни о медитации, ни о буддизме, пока не оказался в Японии. Сначала ему было трудно понять, что это такое. Он не был уверен, правильно ли поступает, принимая их так легко. Изменить свое отношение мальчику помогли три вещи.

Во-первых, когда Джек рассказал о своих сомнениях сэнсэю Ямада, тот объяснил ему, что буддизм — философия, которая уважает все религии. Вот почему японцы могли одновременно заниматься буддийскими практиками, исповедовать синтоизм, свою родную религию, и даже принимать крещение.

— Все это нити одной циновки, — сказал сэнсэй Ямада, — только они разного цвета.

Во-вторых, Джек обнаружил, что медитация очень похожа на молитву. И то, и другое требовало сосредоточенности и умиротворения. Во время медитации, как и во время молитвы, ты размышлял о жизни и о том, как правильно поступить. Джек решил, что будет смотреть на медитацию как на еще один способ общения с Богом.

В-третьих, однажды, во время особенно глубокой медитации, к нему пришло видение: бабочка победила демона. Это видение помогло Джеку выиграть бой на состязании Тарю-дзиай."

"После этого Джек, оставаясь в душе христианином, решил не отказываться от возможностей, которые открывает перед ним буддизм.

Ежедневные медитации пошли ему на пользу, и теперь он сразу сумел сосредоточиться на листке бумаги, стараясь разгадать коан. И хотя ответ на ум не приходил, Джек не волновался. Он знал: чтобы испытать просветление, сатори, как называл его сэнсэй Ямада, нужны терпение и чистота разума.

Правда, с какой бы стороны он ни смотрел, перед ним по-прежнему лежал простой листок бумаги.

Благовонная палочка догорела. Сэнсэй Ямада объявил конец медитации, а до сатори Джеку было по-прежнему далеко.

— Мокусо ямэ! — Сэнсэй хлопнул в ладоши. — Появился у тебя ответ, Нобу-кун?

— Нет, сэнсэй, — пробормотал Нобу, низко опустив голову от стыда.

— Кто может ответить на мой вопрос?

Кику робко подняла руку.

— Это кодзо, сэнсэй?

— Почему ты так думаешь?

— Бумага сделана из волокон дерева кодзо.

— Справедливое предположение, но вы по-прежнему рассуждаете слишком буквально. А что если я сделаю вот так?

Сэнсэй Ямада взял листок и сложил его несколько раз.