Путь магии и сердца

 — Я всё равно не усну. У тебя остаточная реакция на магическое перенапряжение, я это проходил, я знаю, каково это. Мне нужно убедиться, что вторая волна будет слабее, что господин Жарк не ошибся.

Он говорил очень ровным, очень спокойным тоном, но за каждым словом слышался звон металла. Выдающееся, гоблин меня пожри, упрямство!

Я снова огляделась. Кровать, на которой лежала, размерами не поражала, но была достаточно широкой, чтобы уместились двое.

— Кир… подойди, пожалуйста.

Поднялся, чуть пошатываясь, преодолел разделяющее нас расстояние.

— Что случилось? — спросил с тревогой.

Он нагнулся, чтобы заглянуть в глаза, а я подло воспользовалась ситуацией — обвила его шею руками, заставляя нагнуться ещё ниже, потёрлась щекой об ужасно колючую щетину. Сказала жалобно:

— Полежишь со мной?

Кир шумно вздохнул.

— Эмелис, я понимаю, к чему клонишь, но…

— Ну пожалуйста…

Ещё один шумный вздох, вот только я сдаваться не собиралась. Отстранилась, состроила самую несчастную, самую жалобную моську.

— Хорошо, — сказал Кир обречённо. — Но даже не надейся, что усну. Я должен дождаться второй порции обезболивания.

Сапоги боевик не снимал, просто лёг пониже, чтобы подошвы свисали, чтобы не всю грязюку в постель затащить. Обнял поверх одеяла, поцеловал в кончик носа, а едва голова коснулась подушки, коей я милостиво поделилась, вырубился.

— Эх ты, — прошептала, касаясь мужественных губ пальцами.

Потом не выдержала, придвинулась, вернула давешний поцелуй. И хотя ситуация была в общем-то грустной, сдержать улыбку не сумела.

— Ну зачем, Кир? Зачем ты так себя извёл?

Дохлый тролль, ну ведь действительно — зачем? Он не целитель и даже не лекарь. Неужели не понимал, что его присутствие ничего не изменит? Неужели…

— Это из-за чувства вины? — спросила, но спящий, разумеется, не ответил. — Кирстен, ну… ну я же сама виновата. Я же с самого начала понимала, что девчонки попытаются отомстить. И потом… я сама замечталась, сама зашла в западню. К тому же… знаешь, я была не в настроении, чуть-чуть надерзила, вместо того чтобы попытаться уладить конфликт. Нет, если бы я знала, как далеко они готовы зайти, я бы…

Кир что-то пробурчал, обнял крепче. Я уткнулась носом в явно немытую шею, а спустя минут пять поймала себя на том, что… мне безумно нравится его запах. Именно такой, настоящий, без примеси парфюма.

Проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс за плечо и не менее настойчиво шептал:

— Эмелис! Эмелис, проснитесь!

Я с величайшей неохотой открыла глаза, чтобы обнаружить слегка перекошенное лицо старика-целителя.

— Эмелис, вы можете встать? — шёпотом вопросил он.

Потянулась и, не ощутив ничего, кроме вполне терпимой боли и толики дурноты, кивнула.

— Хорошо. Тогда поднимайтесь. Только осторожно.