Путь хранителя

— Ох, беда, — наконец созрел мужик для вывода и схватился за голову. — Значит не так сильна кровь, как говорил Ефсений.

Лять, они натуральные братья что ли? По придумыванию упоротых имен, как минимум. Ефсений и Еврипий, прямо предоставил эту пару. Ох, чувствую нелегко им пришлось на обучении.

— А кто это? — всё таки спросил я, проглотив другие вопросы.

— Не здесь, — монах огляделся и махнул рукой, двинувшись в сторону того места, где я очнулся.

Там парк был особенно заросшим и густым, и располагался на такой большой территории, что я и принял его сначала за настоящий лес. Я пошел следом, но пояснил:

— Только пить больше ничего не буду.

— Ай, — отмахнулся Еврипий. — Можно подумать для тебя это опасно.

Так и выяснилось, что с моим даром мне не только яды и дурманы не страшны. Но ещё и привыкание к эликсирам. Монах качал головой, продираясь сквозь кусты и рассказывал мне про то, как я оказался в обители Оренбургской губернии.

Оказалось, что родом я отнюдь не с Урала. А прибыл в годовалом возрасте, как и было написано в моём деле, но из столицы. Привез меня тот самый Ефсений, старинный товарищ моего монаха. После чего вернулся в Санкт-Петербург, где скоропостижно скончался через две недели.

К моему огромному сожалению о том, кто мои родители почивший не рассказал. Но был сильно напуган и умолял хранить моё происхождение в строжайшем секрете. Как я понял, он сымитировал мою смерть и отдал меня в руки единственному человеку, которому полностью доверял.

Еврипий же не настаивал на выяснении подробностей, понимая что они его могут свести в могилу. Такое решение я одобрял, чем меньше знаешь, тем спокойнее живешь. Но не в этом случае.

Единственное, что поведал столичный приятель, так это об обязательном моём пробуждении в императорской обители, как и дальнейшем обучении именно тут. И что все мои способности тоже нужно скрывать. И, как и велел мне монах, не выделяться ни в коем случае.

Поэтому монах так расстроился, когда увидел мою рожу во всех новостях. Мы нашли небольшую полянку с поваленным деревом и устроились под навесом из пышных веток березы. Еврипий страдал и вздыхал, мотая головой, как китайский болванчик.

— Так в чем угроза то? — пытался докопаться я.

Если речь шла о фамильном сходстве, так приезжать в столицу не было смысла вообще. Да и изучая местную аристократию, похожих на себя я не нашел. Даже селфи специально сделал, сравнивая, чтобы не ошибиться.

— Ефя говорил, что опасность для тебя не во внешности, — продолжал грустить мужик. — А в том, как ты проявишь себя. Мол кровь даст знать, поэтому и настаивал на том, чтобы вообще никак себя не показывать. Обычный деревенский парнишка, таких в столице каждый год полно со всех губерний.