Леди Малиновой пустоши

— Да почти пришли уже, Люся! Вот за тем поворотом маленькая кладовая, там сундуки старые, сломанные стоят, вот в одном из них дедушка и спит. Только я не помню, в каком именно!"

"Ну, так себе вводная. И впрямь, вот и кладовая с хлипкой дверцей, толкни — упадет. Подняв свечу повыше, я осматривала помещение. Да, пыли здесь знатно! Но что гораздо хуже, сундуков было много. У каждой стены кладовки стояли горкой сундуки, по два, а то и три в высоту. Некоторые, от того, что сломанные, некоторые просто доски истлели до трухи, но стояли перекошенные, просевшие друг в друга. Мдя… и где же мы будем искать, этого старого пер… простите, пожилого джентльмена? Ведь, по словам Кузи, он может спать в любом из них! Но что делать? Сама настаивала на побудке, вот и получай, фашист, гранату! То есть себе работу на ночь.

Укрепив вначале на выступе у двери ровно свечу, чтобы руки были свободные, для очистки совести прошла вдоль всех сундуков, внимательно прислушиваясь. Ни храпа, ни мелкого покашливания, ни ворочания, ни прочих звуков я, разумеется, не услышала. Вздохнув, полезла наверх. Опираясь одной ногой о подозрительно кряхтевшие доски нижнего сундука, а вторую поджимая под себя, с натугой начала поднимать крышку верхнего сундука. Внезапно она легко пошла вверх. Это Кузя тоже вскарабкался и помогал мне. Ничего, кроме паутины и засохшей лет сто назад мумии мыши, в сундуке не было. Кое-как стащили сундук вниз. Но и в последующих двух тоже ничего и никого не обнаружили.

На третьей стопе из четырех, когда количество сундуков посреди кладовой уже грозило перекрыть нам обратный путь, мои изрядно уставшие руки не выдержали, сундук с грохотом полетел вниз, а крышка нижестоящего сундука просто провалилась вниз вместе с моей ногой и я почувствовала, что наступила на что-то мягкое. От неожиданности и испуга я завопила. А когда поняла, что это что-то мягкое ещё и держит меня за лодыжку, мой вопль и вовсе перешёл в визг в ультразвуковом диапазоне. Визжала я самозабвенно, закрыв глаза, пришла в себя, только когда Кузя мне чуть подол не оторвал, дёргая меня за него и пытаясь что-то сказать. Резко захлопнув рот и оборвав визг на середине особо высокой звуковой волны, услышала.

— Люся, Люся, успокойся! И убери ногу с дедушки! Ты же ему дышать не даёшь! И выбраться не даёшь!

Я обессиленно шлёпнулась на сундук, что стоял позади меня, и вытянула ногу из другого сундука. Следом, из этой же мебелины поднялось нечто крайне пыльное, всклокоченное, все затянутое паутиной. Хотя при некотором воображении, просматривалось что-то человекообразное, опять в таком же странном колпаке, в грязной и пыльной одежде, с торчащей во все стороны бородой. Выглядело это нечто немного больше, чем наш Кузя.