Демон из Пустоши

Никаких повреждений, кроме вашего лаза, на ней нет.

– Ты всегда о нем знал, да? – улыбнулся Аверин.

– Конечно. Собака проникла именно через него. Сама бы она не догадалась отодвинуть прутья, ее кто-то впустил.

– Сара узнает по запаху того человека, который впустил собаку?

– В том-то и странность. Нет запаха человека.

– Спасибо, Анонимус. Это очень важная информация.

Еще бы знать, что с ней делать. Понятно одно: происходит что-то странное."

"Допрос Анонимуса прошел удивительно спокойно. Аверин настоял, чтобы на нем присутствовали и он сам, и Василь. Николай Антонович провокационных вопросов не задавал, расспросил только насчет походов дива в Пустошь и того, как именно оттуда открывается коридор. Несомненно, его волновали те же вопросы, что и самого Аверина.

После разговора с Анонимусом Николай Антонович принялся осматривать поместье. Заглянул в гараж, и, как показалось Аверину, полностью удовлетворился ответом на вопрос о снегоходе. Наконец, министерский колдун вышел во двор и направился к автомобилю.

– Вы закончили? – с облегчением спросил Аверин.

– Да, благодарю. Теперь мы с вами поедем в Шлиссельбургскую крепость.

– Зачем же?

– Вскрылись новые обстоятельства, вы узнаете на месте.

Аверин вздохнул. Очевидно, что заниматься этим непростым делом ему придется в сопровождении следователя Министерства. Если не под прямым его началом. Аверин хотел было потребовать официальный документ, подтверждающий полномочия Николая Антоновича, но решил, что это не тот случай, чтобы разводить формальности.

– Кузя, мы едем в крепость, – сказал он.

– А обед? – див погрустнел.

– Может, нас покормят казенной баландой, – пошутил Аверин и сел в машину.

Заходя в ворота крепости, Аверин ощутил смутную тревогу. Что-то было не так. Появилось странное гнетущее чувство. Когда ворота захлопнулись, он вдруг осознал, что угодил в ловушку. Дивы! Дежурные дивы, вместо того чтобы сидеть в своей каморке, двигались к ним. И выглядели при этом как-то слишком неуверенно и напряженно.

– Что… – попытался спросить он, но тут же ему в затылок уперлось что-то холодное и твердое.

…И он едва успел скомандовать Кузе:

– Стой!

Див остановился буквально в двадцати сантиметрах, с уже нанесенной для удара когтистой лапой. Аверин краем глаза отметил, что дежурные дивы пришли в движение, но, увидев, что Кузя остановился, тоже замерли. Он отлично их понимал – оба дива едва перешагнули четвертый уровень и драться с Кузей совершенно не хотели.

– Очень хорошо, – раздался за спиной спокойный голос Николая Антоновича, – я знал, что вы разумный человек, ваше сиятельство. Не соблаговолите ли надеть?

Над его плечом протянулась рука, и два серебряных браслета звякнули возле уха.

– Что все это значит? – наконец договорил он.