Демон из Пустоши

– В таком случае выношу на голосование вопрос о возможности оставить господина Серова Николая Антоновича на должности в министерстве под ответственность Императорского дива и в качестве подручного последнего, – внес предложение министр.

Комиссия проголосовала.

Николай Антонович облегченно вздохнул.

– Подождите меня снаружи, – велел ему Императорский див.

Колдун поклонился и вышел.

Он ждал долго, но это было не важно. Главное, он остается.

Нынешнего Императорского дива он действительно знал уже долгие годы. Николай Антонович не раз работал с Владимиром, возглавляя операции с его участием. Владимир всегда отлично показывал себя. И колдун не сомневался, что в качестве начальника див будет уж точно не хуже предыдущих. Особенно с учетом всей открывшейся информации."

"…Он постоял еще немного и сел за стол, где уже ждали разноцветные папки, полученные от Императорского дива. Николай Антонович взял одну – прошения. Резолюции на них уже стояли, нужно было лишь подготовить проекты ответов. В следующей папке были доносы. Это совсем легко: половина из них – пустые кляузы, остальные он проверит и разберет. В самом низу лежало несколько отдельных листов. Николай Антонович усмехнулся. Главный придворный колдун, молодой и скромный провинциальный парень, волею судеб попавший на высокую должность, которой совсем не соответствовал, опять наделал ошибок в формах отчетности. Но Императорский див оказывал мальчишке неизменную протекцию. Вот и сейчас он потратил время, чтобы аккуратно отметить все ошибки, и написал пояснения. Поэтому бумаги необходимо отнести Сергею Мончинскому и быть с ним предельно вежливым.

Николай Антонович принялся за работу. Поручившись за него, Императорский див выказал доверие. И это доверие он всецело оправдает.

В библиотеке было тихо. Только тикали старые часы, а из приоткрытого окна доносились крики и смех детей: Кузя затеял с ними какую-то веселую возню.

Первым молчание нарушил Василь.

– Слушай, Гера, а может… так и оставить?

– Нет, Василь, это неправильно, – вздохнул Аверин, а Анонимус, стоящий навытяжку возле витрины с отцовскими инструментами, вопросительно на него посмотрел. Аверин кивнул.

– Вазилис Аркадьевич, – произнес фамильяр, – прошу прощения, но так нельзя. Моим хозяином должны быть вы, а наследовать – ваш сын. Сейчас моя связь с Гермесом Аркадьевичем настолько сильна, что даже расстояние на нее уже никак не влияет. А если у него родится ребенок, я перейду к другой ветке рода. Этого нельзя допустить.

– Но ведь пока у Геры нет детей… – задумчиво проговорил Василь, – а потом, когда родятся, может, Миша уже подрастет?

– Наша связь с Анонимусом станет только сильнее. Василь, пойми.