Пустоцвет

Дима всегда прав! Двойку поставили? Это учитель придирается, а Дима учил! Нахамил соседке? Кто она такая, лезть с нравоучениями к чужому ребенку? Ну и что, что Дима на перилах катался, звонил в дверь и убегал? Подумаешь, цаца, какая, два раза к двери подошла. Ей же польза, хоть попу растрясла, а то наела щёки — в зеркало не помещаются! Мальчик развивается, ему необходимы такие ощущения. Съел колбасу, которую отца попросили передать общим знакомым, хотя его предупредили, что это чужое? Ребенок растет, его организм требует вкусной еды! Да, колбаса дорогая, пришлось отдавать деньги, да, отношения стали немного натянуты, но что поделаешь? Ребенок хотел кушать! И не важно, что это чужое, а в холодильнике есть суп и котлеты.

Выдрать надо было, сразу бы мозг включился, так нет, жена грудью вставала каждый раз, когда сын шкодил, и отец пытался приструнить отпрыска. А потом уже поздно было, Дима привык, что все лучшее — ему, что он всегда прав.

Оказалось проще самоустраниться. Спокойнее. Но это спокойствие — до поры, до времени.

Повезло Димке с женой. С Машей. Николай на невестку нарадоваться не мог, с нетерпением ждал внуков, но…

Да, тут, что вышло, то вышло.

Опять проявил излишнюю уступчивость, не получилось одернуть жену, помешавшуюся на мечте о внуке. Дима вырос, вышел из-под опеки, а ей, видимо, очень не хватало заботиться о ком-либо, вот она и третировала Марию. А потом с восторгом приняла Таю. Он и сам до одури обрадовался внучке. Такая кнопка забавная!

Николай расплылся в улыбке, вспоминая девочку.

Радость им с женой на старости лет.

Но известие о беременности Маши неожиданно глубоко царапнуло.

Жена права — как так — семь лет жила с мужем — и ничего, а тут сразу забеременела?

Он помнил, что Маша обследовалась и делилась с ними — она здорова! А Димка к врачам не пошел.

Позже он предъявил Таисию, и они с матерью, на радостях, обо всем забыли. А теперь пришли сомнения.

Если Маша здорова и забеременела сразу, как начала встречаться с другим мужчиной, то… Неужели, причина их бездетности — в Диме?

Но, тогда, как он смог зачать Таю?

Он ли?

Страшно даже допустить такое.

К девочке они привязались, переживали, что теперь их общение ограниченно, скучали по ней. И тут — такие вот мысли.

День за днем Николай Дмитриевич думал, рассматривая вопрос так и этак, и по всему выходило — надо делать тест на отцовство.

Но как?

К сыну он с таким и подходить не решался, про жену говорить нечего — она его живьем съест за одно только сомнение в способности Димки зачать ребенка.

Да, и тут хреново, и там грустно. Одно радует — с завещанием он, похоже, не прогадал.

А получилось случайно. Сначала помощница нотариуса именно так его и составила — со слов Николая.