Пустая могила

По настоятельной просьбе Джорджа и Холли одна из поисково-спасательных групп немедленно поднялась на седьмой этаж, откуда валил густой черный дым. Лифты, естественно, к этому времени давно уже перестали работать, поэтому спасателям пришлось подниматься по лестнице. Впрочем, еще не добравшись до бывшего пентхауса, они услышали наверху шаги. Это были мы с Локвудом, мы с ним медленно спускались вниз, поддерживая друг друга. Наша одежда дымилась, лица почернели от сажи. Локтем свободной руки я прижимала к себе маленький предмет, обернутый куском обожженной ткани.

Чуть позже тем же утром бригады ДЕПИК перекрыли конец Стрэнда и полностью взяли ситуацию под свой контроль. Составили списки выживших, погибших и пропавших без вести. Затем из Дома Фиттис начали выносить тела мертвецов, в числе которых были Пенелопа Фиттис и сэр Руперт Гейл. Еще одни останки, найденные в пентхаусе среди мусора, вынесли накрытыми белой простыней и погрузили в фургон ДЕПИК, который немедленно рванул с места и унесся на предельной скорости.

Мы, сотрудники агентства «Локвуд и компания», наблюдали за всем этим, сидя за столиком возле витринного окна кафе «Серебряный единорог», расположенного прямо напротив зоны бедствия. К тому времени мы уже прошли через руки врачей «Скорой помощи», которые оказали нам медицинскую помощь на месте – обработали и перевязали раны, вкололи лошадиные дозы инсулина, чтобы нейтрализовать вред от долгого пребывания в непосредственной близости к эктоплазме. Разумеется, всем нам предложили проехать в больницу. Разумеется, все мы от этого удовольствия отказались. Чтобы избежать этой печальной участи, больше всего пришлось потрудиться мне. Рана от застрявшего у меня в боку осколка зеркала оказалась самой серьезной среди всех нас, поэтому мне очень настоятельно рекомендовали на день-другой лечь в больницу, побыть под наблюдением врачей, – но разве могла я в такой момент оставить моих друзей? Смешно даже думать об этом! Короче говоря, меня забинтовали как египетскую мумию, вкатили обезболивающее, выписали чертову кучу лекарств и заставили поклясться, что на следующий день я непременно покажусь врачу.

«Ага, покажусь, как же!» – подумала я, но на словах с готовностью согласилась и была отпущена в кафе, где меня ожидали друзья и чашка крепкого горячего чая.

Я думаю, нет особого смысла описывать, как мы все тогда выглядели, поэтому скажу коротко. Выглядели мы еще хуже, чем до этого, потому что к обгоревшей одежде и чумазым лицам добавились еще белые наклейки и повязки – контраст получился незабываемым! Хотите все-таки получить некоторые красочные детали? Извольте. У Локвуда от взрыва оплавились подошвы ботинок.