Пустая могила

Локвуд попытался вырвать у Мариссы цилиндр, но она сопротивлялась, извивалась, шипела как дикая кошка, и тогда он, не выпуская Мариссу, крикнул мне:

– Беги, Люси! Я ее задержу! Беги, ты еще успеешь на лифт!

– Иди же, Люси! Делай, что тебе говорят! – Я увидела его глаза – темные, отчаянные. – Прошу тебя, Люси! Спаси себя ради меня.

– Нет… – Я словно приросла к месту. – Нет, я не могу…

Я действительно не могла покинуть его. Зачем мне убегать куда-то, если он останется здесь? И что меня ожидает впереди, если я сейчас убегу? Мир, в котором сбываются пророчества злых духов? Мир, в котором на заброшенном кладбище появится еще одна, свежая могила? Мир, в котором все мои страхи и опасения стали реальностью, а свет погас?

Нет, я не могла, не хотела сбежать в такой мир.

– Нет, – прошептала я. – Я останусь с тобой.

Призрак стройного серого юноши уже стоял возле Локвуда и Мариссы. Невидимая сила растащила их в стороны, и Марисса отлетела прочь. Дух черепа повернулся к нам и сказал с хорошо знакомой мне ухмылкой:

Он поднял руки вверх – и тут же налетел потусторонний ветер, вышиб воздух из моих легких, повалил нас с Локвудом с ног и понес из комнаты.

Мы еще не успели вылететь за порог, как цилиндр взорвался. Я увидела вскипевшее черно-красное облако, которое начало уничтожать пентхаус Дома Фиттис. Пламя прорывалось в окна, крушило их с такой силой, что осколки стекол летели над городом до самой Темзы. Пламя пробивалось сквозь потолок, мимоходом съедая диваны, шкафы и кресла. Поглотило оно и фигуру юноши, следившего за нашим отходом. Пламя расширялось стремительно, однако мы были чуть-чуть впереди него, Локвуд и я. Мы были впереди и бежали так быстро, что оно не успевало догнать нас. Мы проскочили в открытые двери, кубарем пронеслись через вестибюль и с грохотом врезались в дверь лифта.

Мы с Локвудом лежали, тесно прижавшись друг к другу, когда по вестибюлю прокатился огненный шар. Я почувствовала кожей нестерпимый жар, а в следующую секунду пламя вдруг отступило назад. Где-то завывала пожарная сирена, затем верхний этаж дома потряс мощнейший удар – это рухнул потолок в офисе. Нас окутало облако черного дыма. Стало трудно дышать. Сознание стремительно покидало меня. Последним моим ощущением было облегчение оттого, что Локвуд все еще движется – я чувствовала это. А последнее, о чем я подумала перед тем, как провалиться во тьму, была мысль о призрак-банке черепа, которая осталась лежать на кофейном столике.

Взрыв, уничтоживший апартаменты Мариссы, был мощным, но не самым разрушительным из тех, что прогремели той ночью в Доме Фиттис. Незадолго до рассвета раздалась еще целая серия контролируемых взрывов в Колонном зале и прилегающих к нему помещениях первого этажа.