Копья и пулеметы

шестнадцатитысячный британский корпус (состоявший в основном из сипаев) вошел в Афганистан через перевал Балан. Такого слова еще не было, но это был сущий блицкриг. Англичане вступили в Кандагар, быстрым штурмом взяли хорошо укрепленную крепость Газни. Собственно, на этом война была и закончена. Афганские солдаты Доста Мухаммеда, не способные противостоять вооруженной и обученной на европейский манер армии, стали массами разбегаться, за границу бежал и сам эмир. Англичане без боя вступили в Кабул.

Это была одна из тех побед, что оказываются хуже поражений. Англичане непрочно сидели в Кабуле, а вокруг простирался Афганистан, где их в грош не ставили. Но британцы словно ослепли и оглохли от эйфории столь победоносного блицкрига. В Кабуле на троне сидел чрезвычайно довольный жизнью эмир Шахшуд. И твердил, что он лучший друг англичан, вернее и надежнее не найдешь. Офицеры английского корпуса в массовом порядке привезли в Кабул (летом – в то время райское местечко) своих детей и жен из жаркого и пыльного Индостана, чтобы отдохнули как следует. И начался отдых на всю катушку – концерты, скачки, крокет, море разливанное вина и даже катание на коньках. Афганского триумфатора Макнактона в виде поощрения назначили губернатором Бомбея, но он не стал спешить с отъездом и написал Окленду: «В Афганистане тишь, как в Беер Шиве (библейский город. – А.Б.) в дни Давидовы. Все приводит меня к выводу, что в Афганистане удивительно спокойно».

А уехал бы, остался бы жив…

Оптимизма британцам прибавил и неудачный поход генерала Перовского в Среднюю Азию. В ноябре 1839 г. он выступил из Оренбурга на Хиву, но отряд попал в снежные бури и без единой стычки с неприятелем вернулся домой, потеряв тысячу человек из пяти исключительно из-за буйства стихий. Газета «Форин куотерли ревю» огрызнулась: «Молчаливое и еще более пугающее продвижение России во всех направлениях стало теперь очевидным, и мы не знаем ни одной европейской или азиатской державы, в которую она не планирует осуществить вторжение».

Горькое похмелье грянуло неожиданно, как с ним порой частенько бывает. 1 ноября 1841 г. толпа афганских солдат, долго не получавших жалованья, осадила дом Александра Бернса, рядом с которым находилось казначейство, где, весь Кабул знал, хранилось золото английского экспедиционного корпуса. Вышедший на крыльцо Бернс клялся и божился, что немедленно расплатится, вот прямо сейчас, но, должно быть, оказался неубедителен – и толпа буквально разорвала его на куски. После чего разграбила оба дома – как легко догадаться, главное внимание уделяя казначейству.

Засевший в крепости Бала-Хисар эмир Шуджах послал было отряд солдат спасать Бернса – через густонаселенные районы Кабула, где их всех благополучно и перебили.