Эркюль Пуаро

С другой стороны, возвращенные предметы имели самую низкую стоимость. Вероятно, самые достойные внимания и красивые предметы поспешно контрабандой вывезли из страны.

– А что же третий, Кейси? Он так и не понес наказания?

– Не в том смысле, какой вы имеете в виду. Он был уже не очень молодым человеком, и мышцы его утратили гибкость. Две недели спустя он упал с пятого этажа здания и мгновенно погиб.

– Где это произошло?

– В Париже. Он попытался ограбить дом банкира-миллионера Дюволье.

– И кубок с тех пор так и не нашли?

– Вот именно.

– Его никогда не предлагали купить?

– Я совершенно уверен, что нет. Могу сказать, что не только полицейские, но также частные детективы искали его.

– А как же деньги, которые вы заплатили?

– Маркиз, очень щепетильный человек, предложил вернуть их мне, так как кубок похитили из его дома.

– Но вы не приняли его предложение?

– Нет.

– Почему?"

"– Скажем, потому, что я предпочел держать это дело в своих руках.

– Вы хотите сказать, что, если б вы приняли предложение маркиза, кубок, если его найдут, был бы его собственностью, тогда как сейчас он ваш по закону?

– Вот именно.

– Что стояло за такой вашей позицией?

Эмери Пауэр ответил с улыбкой:

– Я вижу, вы оценили этот момент. Понимаете, мосье Пуаро, это очень просто. Я считал, что знаю, кто владеет кубком.

– Очень интересно. И кто же?

– Сэр Рубен Розенталь. Он был не только таким же коллекционером, но и моим личным врагом в то время. Мы соперничали в нескольких деловых сделках, и в целом я вышел победителем. Наша вражда дошла до высшей точки в борьбе за владение кубком Борджиа. Каждый из нас был твердо намерен завладеть им. Вопрос чести, более или менее. Назначенные нами представители торговались на аукционе.

– И ставка вашего представителя обеспечила вам это сокровище?

– Не совсем так. Я принял меры предосторожности и нанял второго агента, якобы представителя одного парижского дилера. Ни один из нас, вы понимаете, не захотел бы уступить другому; но позволить третьей стороне заполучить кубок, а потом иметь возможность потихоньку обратиться к этой третьей стороне – совсем другое дело.

– Фактически une petite déception[42].

– Вот именно.

– И он удался... А сразу же после этого сэр Рубен обнаружил, что его обманули.

Пауэр улыбнулся. Эта улыбка о многом говорила.

– Теперь я понимаю ситуацию, – сказал Пуаро. – Вы считаете, что сэр Рубен, не желая быть побежденным, намеренно заказал это похищение?

Эмери Пауэр поднял руку:

– О нет-нет! Ничего настолько грубого. Вот к чему все сводилось: вскоре после этого сэр Рубен приобрел бы кубок эпохи Возрождения неясного происхождения.

– Описание которого распространила полиция?

– Кубок не выставляли бы на всеобщее обозрение.

– Вы считаете, сэру Рубену было бы достаточно знать, что он им владеет?

– Да.