Эркюль Пуаро

Никогда не доверял человеку, который не смотрит тебе в лицо.

– Он друг вашей дочери Шейлы, не так ли?

– Шейлы? Я этого не знал. Девочки никогда мне ничего не рассказывают. – Кустистые брови сошлись на переносице, пронзительные голубые глаза на красном лице посмотрели прямо в глаза гостя. – Послушайте, мистер Пуаро, что все это значит? Не хотите рассказать мне, о чем вы хотели поговорить со мной?

Пуаро медленно произнес:

– Это сложно объяснить, я и сам почти ничего не знаю. Скажу только вот что: у вашей дочери Шейлы – а может быть, у всех ваших дочерей – появились нежелательные друзья.

– Связались с дурной компанией, да? Я немного боялся этого. Время от времени я слышал кое-что об этом... – Он жалобно посмотрел на сыщика: – Но что мне делать, мистер Пуаро? Что мне делать?

Тот озадаченно покачал головой.

– Что плохого в компании, с которой они водятся? – продолжил хозяин дома.

Пуаро ответил вопросом на вопрос:

– Вы замечали, генерал Грант, что у одной из ваших дочерей легко меняется настроение: она то становится возбужденной, то впадает в депрессию, нервничает, у нее портится настроение...

– Будь я проклят, сэр, вы говорите, как медик. Нет, я не замечал ничего подобного.

– Это хорошо, – серьезно сказал Пуаро.

– Что все это значит, черт побери?

– Наркотики!

– ЧТО?!"

"Это слово было похоже на рык.

– Была предпринята попытка, – сказал Пуаро, – превратить вашу дочь Шейлу в наркоманку. Привычка к кокаину формируется очень быстро, достаточно одной или двух недель. Когда возникает привычка, наркоман готов платить любые деньги, делать что угодно, лишь бы достать следующую порцию наркотика. Вы понимаете, какая богатая добыча ждет человека, торгующего наркотиками?

Он молча слушал гневные проклятия, слетающие с губ старика вместе с брызгами слюны. Затем, когда огонь утих, после очередного описания того, что именно он, генерал, сделает с этим сукиным сыном, когда доберется до него, Эркюль Пуаро сказал:

– Сначала, как говорит ваша восхитительная миссис Битон, нужно поймать зайца. Когда мы поймаем нашего торговца наркотиками, я отдам его вам – с величайшим удовольствием, генерал.

Он встал, наткнулся на покрытый резьбой маленький столик, удержал равновесие, ухватившись за хозяина дома, и тихо сказал:

– Тысяча извинений, и я умоляю вас, генерал, – понимаете, умоляю, – ничего не говорить обо всем этом вашим дочерям.

– Что? Я добуду у них правду, именно это я и сделаю!

– Это именно то, чего вы не добьетесь. Вы получите только ложь.

– Но, черт побери, сэр...

– Я уверяю вас, генерал Грант, вы должны держать язык за зубами. Это жизненно необходимо – понимаете? Необходимо!

– Ну тогда поступайте как знаете, – прорычал старый солдат.

Он уступил, но не был убежден.